Книга Ты не выйдешь отсюда, страница 70 – Маргарита Малинина

– Мотивы – это то, в чем я не сильна. Я же рассказывала тебе.

– Нет, это твоя дурацкая «Улика» не сильна ни в чем, включая здравый смысл. У вас пятьсот ограничений, над которыми реальная жизнь только посмеется. Для твоих книг тебя же никто не сдерживает? Ты же можешь придумать абсолютно любой мотив, верно? – Я кивнула. – Ну вот, так же и здесь. То, что ты сценарист, себя уже окупило. Ты установила преступника и способ убийства. Теперь побудь писательницей. Мотив должен быть очень нестандартным, ибо следствие ни к чему не пришло. Если бы у отца был явный мотив, они бы копали дальше и, возможно, обнаружили бы какие-то следы яда на кухне. Ты говоришь, что он использовал болиголов вместо укропа – следовательно, или в шкафчиках, или в кастрюле с едой, или просто на столе его бы обнаружили. Если бы знали, что искать, конечно. А так… – Он пожал плечами. – Мой отец просто считается пропавшим без вести. Не подозреваемым.

Я снова ощутила, как бешенство поднимается к груди откуда-то – не то из живота, не то из солнечного сплетения, и закричала:

– Это твой отец! Кому, как не тебе, знать, за что он мог их всех прихлопнуть!

Дмитрий же оставался невозмутим. Как и всегда.

– Если бы я знал, я бы уже решил задачку и мне бы не пришлось никого похищать для этого, как ты считаешь? Но я не знаю, вот в чем вся соль. Ты можешь задавать мне любые вопросы, связанные с ним. Я могу отдать тебе все записи, которые у меня есть. Я дам тебе ключ от комнаты, где все это бережно храню. Если ты пообещаешь, конечно, ничего не портить…

– Ключ?

– Ну да. Здесь пара комнат запирается. Одну из них я отвел под отца. То есть под его вещи.

– Ах да, мемориал. Как я могла забыть…

– Называй, как хочешь. Брат частенько ошивается в бункере, а он неуклюжий, я не хочу, чтобы он трогал записи. Порвет еще, чего доброго, или потеряет. Но тебе я доверю. Просто помни – ты в музее! Будь поаккуратнее, короче.

При слове «ключ» я думала про код на двери бункера и особо не слушала, что он мне говорит. Если я соглашусь, это шанс узнать, где он хранит ключи. Возможно, ключ от панели стальной двери будет там же.

– Хорошо. Давай ключ, завтра с утра приступлю. – Подожду, когда он уснет, и займусь своим спасением. Даже если он сова, как и я, хотя бы к утру заснет.

– Я, конечно, ни на что не намекаю… – Дима аккуратно повернул часы с таймером в мою сторону. – Но у тебя осталось чуть больше суток. Но если ты веришь в себя, то можешь сегодня отдыхать.

– Ключ давай! – разозлилась я, что он напоминает мне о дедлайне.

Неужели он правда убьет меня, если я не успею выяснить мотив? Притом что я уже сделала большую часть работы, а о том, какие тараканы бегали в голове его отца, я вообще не могу никак узнать, если уж родной сын – и тот не в курсе!

– Хорошо. – Дмитрий послушно влез в карман и извлек связку ключей – по меньшей мере их было три. Маленькие и плоские, они бы идеально вписались в замочную скважину на панели железной двери.

Он внимательно рассмотрел каждый, очевидно выискивая пометки, и снял с кольца один из них.

– Держи, – дал его мне. – Четвертая дверь отсюда, – кивнул он на левый поворот, но затем показал и на правый, – или отсюда. Тоже четвертая.

Отлично. Значит, последняя неидентифицированная комната – та, что соседствует с моей гостевой спальней, или игровой. Надеюсь, она в принципе никак и никем не используется, мне так будет спокойнее.