Книга Ты не выйдешь отсюда, страница 58 – Маргарита Малинина

– Да, и ты снова лишил меня важнейшей информации. Вряд ли исчезновение твоего отца с острова Зуб никак не связано с тем, что его коллеги прибили друг дружку. Сам говорил, что это какое-то странное совпадение.

– Так я же не врал, я дал тебе всю необходимую информацию, может быть, неполную, но я же говорил, что ты можешь обращаться ко мне в любой момент.

– Даже ночью? – съязвила я.

– Даже ночью, – кивнул Дима. – Третья дверь, – показал на нужную часть коридора. – Следующая за санузлом. Стучи, и я открою.

– Отлично.

Я молча доела, поднялась и удалилась в игровую. На подключение плеера к телевизору ушло минут пять. Я действительно не очень много имела с ними дел, но все же разобралась.

Запись началась сразу с действия. Шесть черно-белых человечков с большого расстояния (видимо, потолки на станции были внушительные) казались игрушечными. Они нервно выхаживали по просторному помещению, затем расселись все за столом. Было видно, что их что-то очень сильно волнует или даже пугает. Я пыталась сопоставить участников данного видеоролика с запечатленными в памяти образами с фотографий с паспортов и не достигла видимых результатов.

– Этого не может быть! – поругала я себя, сбегала в библиотеку, взяла парочку листов бумаги и карандаш, вернулась и стала вписывать известные мне приметы.

И ведь действительно. Как я сама уже говорила, фото в Интернете – это одно. Это что-то плоское, однобокое, сильно зависящее от освещения, удачного или неудачного ракурса и в целом от фотогеничности человека. А человек в реальности – это другое. Это что-то объемное, правдивое. И поэтому мы всегда удивляемся, когда встречаем людей с сайтов знакомств в реальности, даже если они успели отправить нам свои настоящие фотоснимки.

«Лаптева. Блондинка. Узкое лицо, тяжелый подбородок. Длинные прямые волосы на простой пробор. Скорее всего, худощава», – написала я и вновь обратилась к записи камеры.

Здесь была всего одна блондинка. Волосы были короче своих «паспортных» и тех, что были запечатлены на другом снимке – цветном. Но это, безусловно, была она.

Так я поступила абсолютно со всеми, и уже через двадцать минут все герои были сопоставлены со своими досье. Папин оказался крупнее, чем я думала, и чуть ниже. Но четкая даже с расстояния родинка на щеке не позволяла сомневаться в том, что это он. Гудимина так и тянулась к нему, прятала лицо за его плечом, хватала его за руку, но он всякий раз отстранялся, да и сам махал руками. Но, казалось, зол он был не на нее. Ее просто не было в его Вселенной на данный момент. Или всегда…

Его сын Максим тоже ошивался рядом с отцом какое-то время, сидел поблизости, а когда отец резко вставал и что-то пытался доказать коллегам (размахивая руками), сын тоже поднимался и кивал. Но потом он просто ушел в угол, в прямом смысле – забился в нишу между подоконником и шкафом и так и сидел потом на полу.

Лаптева была за столом рядом с мужем. Он единственный, кстати, выглядел почти так же, как я его себе рисовала. Полный, но не безобразный. Круглолицый, невысокий, ниже Папина.

Молчанов, в свою очередь, был тих и малословен, точно пытался соответствовать свой фамилии. Безмолвной тенью ходил за Гудиминой, пока она наконец сама не обратилась к нему, поняв, что от Олега Папина ничего не добьется. Последующие минут пятнадцать она рыдала на плече Молчанова, он ее утешал, как мог, поглаживая по плечам, спине и голове.