Книга Дознание Ады Флинт, страница 89 – Тесса Морис-Судзуки

– Но с чего и как начинать поиски? – спрашивает Рафаэль.

– Знаешь, ее ведь могли и не выслать. Помню, Уильям рассказывал, что только половину заключенных отправляют в Новый Южный Уэльс, или на Землю Ван-Димена, или куда там еще их ссылают в наши дни. Больше половины осужденных остаются в плавучих тюрьмах или Ньюгейте. Или в той новой огромной тюрьме, что построили на берегу Темзы…

– Миллбанк, – вспоминает Рафаэль.

– Точно, Миллбанк. Если Сару Стоун не выслали, но держали в Миллбанке или Ньюгейте либо в другой английской тюрьме, то она уже, возможно, вышла на свободу. Ее приговорили к семи годам. А со дня суда прошло уже больше семи лет.

– Но как узнать, в какой тюрьме ее держали, не говоря уже о том, что с ней произошло потом? Боюсь, это бесполезное занятие, Ада. У нас хватает забот с девочкой. Надо подумать о ее будущем, а ты предлагаешь взвалить на себя еще одну непосильную задачу.

– Это вопрос справедливости, Рафаэль. Простой справедливости.

Да Силва вздыхает, поднимается и подходит к окну.

– Думаю, есть один человек, который может что-то знать, – говорит он через некоторое время.

– Кто? – нетерпеливо спрашивает Ада.

– Если кому и ведомо местонахождение женщин-заключенных, – отвечает Рафаэль, снова повернувшись к ней и перебирая пальцами кисточки зеленых бархатных гардин, – то, несомненно, миссис Фрай.

– Миссис Фрай? – недоуменно переспрашивает Ада.

– Да ладно, Ада, ты должна о ней знать. Знаменитая миссис Элизабет Фрай, дама, что занимается реформой тюрем.

– Ах да. Конечно, я слышала о ней.

Она вспоминает, что Уильям не раз называл миссис Фрай назойливой пронырой и добавлял: «Сидела бы лучше дома и присматривала за собственной семьей, чем доставлять неприятности другим».

– Но как, – говорит она вслух, – мы сможем просить о помощи миссис Фрай? Она ведь такая выдающаяся особа. Слышала, что она доверенное лицо самой королевы.

– Так уж случилось, – нехотя поясняет Рафаэль, – что я хорошо знаком с братом мужа миссис Фрай, Фауэллом Бакстоном. У нас были общие дела. Я не видел его несколько лет, но он казался дружелюбным и честным малым. Я могу попытаться связаться с Элизабет через него. Конечно, ничего обещать не могу…

– Прошу тебя, Рафаэль, – умоляет Ада. – Возможно, ты прав и поиски окажутся бесполезной тратой времени, но мы хотя бы будем знать, что сделали все возможное. И я смогу спокойно спать по ночам. И еще, Рафаэль, – добавляет она тихо, – благодарю тебя. Благодарю за помощь и за то, что заботишься о девочке. И за то, что предложил работу Энни. Я обязательно с ней об этом поговорю. Ты добрый человек.

К концу следующей недели жизнь входит в обычный ритм. Энни встает рано утром и идет в дом Рафаэля Да Силвы, разжигает камин и готовит завтрак Рафаэлю и Стивенсу, а также варит порцию каши девочке. Потом весь день помогает Стивенсу по дому и возится с ребенком, напевая ей песенки и рассказывая истории.

Ада тоже старается почаще навещать Молли, но ее отвлекают другие дела.

У Амелии болят зубы, а окружному надзирателю Бивису нужна помощь в поиске свидетелей и имущества в деле группы девочек, арестованных за карманное воровство и сбыт краденого. Девочки – старшей из них всего десять – показались Аде самыми закоренелыми преступницами из всех, с кем она имела дело. Попавшись в руки полиции, они не проявляют ни раскаяния, ни страха. Когда Ада раздевает их для обыска, они не стыдятся, а, напротив, выставляют напоказ голые тела, непристойно виляя бедрами и приподнимая при ней повыше груди.