Книга Послание смерти, страница 6 – Лесли Вульф

— Но и это еще не все, Гэри, — вмешался доктор Рицца. — Видишь кольцо? Оно ей великовато, вдобавок уже, чем след на пальце. Спросите у мужа, ее ли это кольцо. Я почему-то сомневаюсь. И пока суд да дело, сниму с него отпечатки и исследую на предмет посторонних частиц.

Рицца осторожно снял кольцо и, упаковав его в пакет для вещдоков, запечатал и подписал. Мичовски сделал снимок своим сотовым, и пакетик отправился в контейнер к другим уликам.

Детектив почесал кустистую бровь и провел рукой по короткому ежику волос.

— Но зачем тащить ее сюда, док? Ради чего так рисковать? Она пропала неделю назад, вряд ли ее стали бы тут искать.

Доктор Рицца вздохнул, глаза его погрустнели.

— На этот вопрос у меня нет ответа, Гэри, но я знаю, у кого он есть. Или будет. Если не сегодня, то очень скоро. Фраделла сообщил мне, что Тесс закончили оперировать пару часов назад. Как она? Ты ее видел?

— Да, через стекло, она… — голос Мичовски сорвался.

— Она поправился, — заверил его Рицца. — Насколько я в силах судить. Фраделла присылает мне сообщения каждый час.

Понаблюдав, как Эй-Джей подготавливает мешок для тела, а коронер укладывает свои инструменты, Гэри спросил:

— Не знаете, где Бьюкенен?

— Кто?

— Глория Бьюкенен, детектив по розыску пропавших. Занималась делом Лизы Траск.

— А… — ответил Рицца. — Прошу прощения. Видишь ли, я по работе общаюсь в основном с детективами из убойного отдела. Но думаю, что она вон там, беседует с мистером Траском.

Мичовски обернулся и поискал глазами женщину-детектива. Глория стояла около задней двери дома рядом с молодым человеком, державшим на руках маленького ребенка. Малыш, пребывая в счастливом неведении, играл с волосами отца и тянул их во все стороны.

Подойдя к ним, Мичовски представился:

— Мистер Траск, я детектив Гэри Мичовски, убойный отдел. Сожалею о вашей утрате.

Мужчина пожал Мичовски руку. Глаза у него покраснели и припухли.

— Рамос, — сказал он. — Энрике Рамос. Жена оставила девичью фамилию и редко пользовалась моей, — пояснил вдовец, избегая смотреть на детектива. — Ее родители были… как бы это сказать… не слишком довольны этнической принадлежностью ее супруга.

— О, мне жаль это слышать, я не знал, — быстро произнес Мичовски.

Энрике пожал плечами, продолжая смотреть куда-то в сторону. Глаза его наполнились слезами.

— Ее там не было раньше, — наконец проговорил он. — Ее никак не могло там быть… Я выводил собаку. Я пришел с работы, взял Бастера, но ничего там не видел.

— Мы это знаем, — мягко сказал Мичовски. — Этому есть доказательства. Ее принесли туда совсем недавно.

— Когда она умерла? Может, если бы я…

— Мистер Рамос, вы ничего не могли изменить. Ничего. Она умерла вчера.

— О боже… — Рамос судорожно вздохнул, из его груди вырвался стон. Потом он набрал воздуха в легкие и поднял на детектива глаза. — На том самом месте она его и видела, понимаете?

— Видела кого? — уточнил Мичовски.

Глория Бьюкенен протянула ему папку.

— Мужчину с веревкой. Еще до ее исчезновения было заведено дело.

Детектив оторвался от папки и посмотрел на Энрике Рамоса.

— За несколько дней до исчезновения моя жена видела мужчину. Причем не в первый раз. Сначала она заметила его на парковке около офиса, когда уходила с работы. Она решила, что это какой-то залетный фрик. А потом он подкараулил ее в нашем садике, и мы обратились в полицию. Но никто ничего не предпринял. А теперь онамертва.