Книга Уцелевшая, страница 71 – Лесли Вульф

Помещение сияло огнями — горели многочисленные светильники, произведенные, скорее всего, компанией «УотУэл». Молодежный дизайн, вещи качественные и подобраны с хорошим вкусом. Лора на фоне всего этого великолепия казалась особенно хрупкой и болезненной: черная толстовка наглухо застегнута, шнурки капюшона, которые она постоянно теребит, туго затянуты, отчего кажется, что тонкую шею обвивает шарф. На столике стояла полупустая кружка с чаем — скорее всего, девушка пила его перед тем, как раздался звонок в дверь.

— Что случилось? — спросила Лора.

Тесс, слегка прочистив горло, сообщила:

— Э-э… как вы знаете, казнь Кеннета Гарзы назначена на конец этого месяца. Мы проводим краткие беседы с некоторыми людьми. Мне хотелось бы задать вам пару вопросов, если вы не против. Это чистая формальность.

Лора кивнула и снова потянула за шнурок капюшона.

— Хорошо. Расскажите мне, что вы помните о той ночи. Все, что придет на ум.

Девушка села, схватилась за кружку и уставилась в нее. Откуда-то появился кот и, тихо мяукая, начал тереться об их ноги.

— Я ничего не помню, — проговорила Лора. — Я… в общем, из-за этого они проводят со мной эти регрессивные сеансы, чтобы помочь мне вспомнить. Мне жаль…

— Ничего страшного! Но неужели совсем-совсем ничего не сохранилось в памяти?

— Мы с бабушкой, братом и сестрой любили играть в прятки. Я всегда пряталась там, где меня никто не мог найти. Как в тот вечер. Я помню, что очень испугалась и спряталась, а потом — ничего, будто всю мою память поглотила тьма.

— То есть события того вечера вы описать категорически не можете?

— Нет, что очень печально. Вы не представляете, сколько раз я пыталась вспомнить. Все ушло… ничего.

— А какое было первое воспоминание после этого?

Лора горестно усмехнулась:

— Меня все об этом спрашивают. Психологи, доктор Джейкобс, даже тележурналист. Я помню свою новую семью. Свою новую маму Кэрол, как она укладывает меня спать, заботится обо мне. Аманду, свою новую сестру, как мы играем вместе, она расчесывает мне волосы и заплетает косы.

— А бабушка? Что с ней?

— Я знаю, что она умерла вскоре после родителей, у нее был инсульт. Не смогла справиться с потерей дочери и двух внуков. — Лора вытерла слезу, блеснувшую в уголке глаза, и шмыгнула носом. — Мне говорили, что она забрала меня к себе, и я прожила у нее несколько дней. А потом в какой-то момент она почувствовала себя нехорошо и отвезла меня к Уэлшам. И в тот же вечер умерла. Но это всё с чужих слов — мне рассказывали приемные родители. Много позже, годы спустя.

Тесс глядела на миниатюрную фигурку, сгорбившуюся над кружкой в надежде согреться несмотря на тридцатиградусную жару, пытаясь понять, о чем не хочет говорить ее собеседница.

— Вам никто не досаждал в последнее время?

— Нет, — быстро ответила Лора.

— Может, кто-то вел себя подозрительно, крутился возле вас?

Девушка засунула руки в карманы толстовки и, уставившись куда-то в пустоту, обронила:

— С чего бы? Разве его не посадили?

— Гм… Порой, когда приближается день казни преступника, начинают активизироваться всякие странные личности — борцы за отмену этого вида наказания или просто любопытствующие…

— Нет, — повторила Лора. — Я ничего такого не замечала.

Она явно что-то скрывала, но заставить девушку объясниться Тесс не имела полномочий. Вообще весь этот разговор походил на какой-то бессмысленный скетч: ложь на лжи. Специальный агент еще раз взглянула на Лору и поняла, что та не замерзла… Она просто напугана. До смерти напугана. Но чем? Или кем?