Книга Прекрасная пара, страница 57 – Лесли Вульф

Я замечаю, как Грант сжимает челюсти.

– Дренажную трубку, – приказывает он, крепко прижимая стетоскоп к груди мужчины. – Одностороннее дыхание слева, – подтверждает он ровным, хотя и напряженным голосом. – Смещение трахеи вправо.

Я достаю из ящика стола стерильный набор, пока Санни быстро обрабатывает кожу пациента, смазывая ее хлоргексидином.

– Напряженный пневмоторакс, – бормочет доктор Грант, встречаясь со мной взглядом. – Декомпрессионную иглу, немедленно.

Мои руки двигаются с отработанной точностью. Я беру иглу большого диаметра и помещаю ее над третьим ребром. Мужчина на мгновение открывает глаза – взгляд затуманен непониманием, – а потом снова их закрывает.

– Начинаем, – шепчу я, вводя иглу и чувствуя резкий выброс воздуха. Раздается шипение, давление ослабевает, и грудь мужчины слегка опускается.

– Кровяное давление повышается, – объявляет Санни с ноткой облегчения в голосе, когда писк монитора стабилизируется.

Я смотрю на лицо пациента. Оно все еще мертвенно-бледное, губы лишь незначительно порозовели. Декомпрессия подарила нам драгоценные минуты, но нужно быстро ввести трубку в грудную клетку. Доктор Грант уже двигается, его взгляд сосредоточен.

– Дренаж, Аманда, поехали.

– Приступаю, – отвечаю я, и нетерпение пульсирует в венах, когда я тянусь за инструментом. Врач делает надрез скальпелем, пока я разрываю стерильную упаковку и протягиваю ему трубку.

– Мы на месте, – объявляет он через мгновение, бросая быстрый напряженный взгляд на монитор. Показатели состояния пациента улучшаются. – Хорошо, принесите сюда портативный рентген. Выясним, в чем причина.

К сожалению, я думаю, что уже знаю ответ. Как только увидела перелом грудины и сломанные ребра, поняла, что права, – слишком часто сталкивалась с подобным. Вот что происходит, когда водитель не пристегивается ремнем безопасности и попадает в аварию. Такие травмы появляются от удара грудью о руль.

– Вызываем полицию? – спрашивает Санни.

– С чего бы? – интересуюсь я, хотя по спине пробегают мурашки.

– Пациент соответствует только что поступившей ориентировке.

Я замираю. Мои руки застывают в воздухе над голой грудью мужчины.

– Какой ориентировке?

МЕНЯ СЕЙЧАС СТОШНИТ.

Эта мысль приходит мне в голову, когда я направляюсь в комнату отдыха, где развешивают ориентировки, – подальше от глаз пациентов и членов их семей. Я только что была там, но ничего не заметила – зациклилась на приглашении доктора Гранта сначала пообедать, а потом и поужинать с ним.

Но она здесь, приколота к пробковой доске красной кнопкой. У меня перед глазами все расплывается, паника охватывает тело. Мой взгляд прикован к словам «Скрылся с места ДТП», однако буквы бешено пляшут, и требуется вся имеющаяся сила воли, чтобы продолжать читать дальше. Даже когда мне удается разобрать слова, их смысл еще какое-то время ускользает.

Красный грузовик. Серый седан. Двое в больнице.

Я выдыхаю, когда до меня доходит.

Это не мы. Ориентировка не на нас.

Санни догоняет меня. В двух шагах позади нее встревоженный доктор Грант смотрит прямо на меня. Я стала опасаться его пристального взгляда.

– Что случилось, Аманда? – мягко спрашивает он. Его лоб слегка нахмурен, а руки засунуты в карманы.

– Знаешь, что я думаю по этому поводу? – говорю я, указывая на ориентировку. – Всегда это говорила: мы не должны сдавать полиции людей, которые приходят сюда за помощью. – Я тяжело дышу, обуреваемая сильными эмоциями, моя грудь вздымается. Я одновременно чувствую облегчение, страх и стыд.