Онлайн книга «Под вересковыми небесами»
|
– Другие методы лечения не имеют результатов, вам будет назначена электросудорожная терапия. Я правильно понимаю: вы сегодня пытались убить человека? – спросила я. – Вы мне мозги поджарить хотите? – процедила американка с ненавистью. – Не стигматизируйте. Это проверенный временем способ, который многим помог. – Я не подпишу на него согласия. – Пациентка смотрела внимательно. Пыталась понять, сработал ли ее аргумент. – Подписанное разрешение на любые процедуры у нас есть от вашего мужа. Я не знаю доподлинно, оформил ли уже Гиг Арчер развод с вами, знаю, планы такие у него были. – Я повернулась к старшей сестре Киране: – Подготовьте пациентку к процедуре. Введите седативные препараты и мышечные релаксанты, чтобы минимизировать движения и предотвратить травмы во время судорог. А вы, Лаура, не волнуйтесь. – Я повернулась к привязанной. – Сейчас ведь не средневековье, в самом деле. Все происходит под анестезией. Вы ничего не почувствуете во время сеанса. Только назавтра у вас может появиться мышечная слабость и усталость. Легкое головокружение. Может начаться головная боль, боли в челюстях и шее. Это связано с судорогами, которые вызываются электрическим током. Некоторые пациенты испытывают еще тошноту или дискомфорт в желудке. Из-за наркоза и индивидуальной реакции организма. Часто отмечаются провалы в памяти. Но эта амнезия обычно временная, хотя иногда может сохраняться и дольше. У некоторых пациентов после сеанса наблюдается замедление мышления и сложности с концентрацией. Хотя наша процедура направлена на улучшение психического состояния, сразу после сеанса вы можете испытать легкую тревогу и беспокойство. Словом, ничего для вас нового. Зато есть шанс на перестройку нейронных связей. Судороги, вызванные терапией, должны привести к снижению симптомов психических расстройств. Еще ЭСТ положительно воздействует на гипоталамус и гипофиз… – Засуньте свой гипоталамус себе в одно место, в котором давненько никого не было, – прорычала пациентка диким хрипом. Я развернулась и вышла из палаты. Но на душе почему-то стало легко и хорошо. Я легонько тронула свои губы, вспоминая поцелуй доктора МакКелли. Глава 7 Джульетта Лиландтон, декабрь 1990 года Гэвин Линн лежала на животе, и ее тонкие ножки, согнутые в коленях и закинутые вверх, покачивались в такт мелодии, которую она напевала себе под нос. Кажется, это была Iʼm Your Baby Tonight. Я до нее дотронуться боялся. Только стоял и смотрел. Как дурак стоял, с двумя сэндвичами на тарелке, у входа в комнату. Зеленые полосатые обои, которые я раньше не замечал, теперь казались многообещающей лужайкой перед домом, на которой устроилась девочка с именем на букву «Л». Этот оттенок зеленого сочинил не я. Не я. Линн любила бывать у меня. Чувствовала себя как дома. А может, лучше, чем дома. Не знаю почему. В «Хейзер Хевен» все с нее пылинки сдували. А она прибегала ко мне по любому поводу и просила сэндвич. Потом я всегда массировал ей ступни. Только это и мог. Присев рядом, я поставил перед ней перекус. Она вскочила, подобрала под себя ноги и, приподняв пальчиком верхний кусок хлеба, проверила, что там внутри: «А, буженина и сыр». Принялась жевать. Крошки летели в разные стороны. В школьной столовой с подносом на вытянутых руках она важная прилежница. А тут… |