Онлайн книга «Горький сахар»
|
В больнице в белом длинном безмолвном коридоре поседевший Николай, его бывшая жена и Ольга с черными лицами долго ждали результат. Во втором часу ночи медицинская сестра передала разрисованную девочкой общую тетрадку. Оказалось, Ася вела дневник, в котором писала, что просто хочет, чтобы ее заметили, спросили, что не так, попытались разобраться и помочь. «А меня ведь спрашивали, когда я была подростком, и я отвечала: все нормально!» — подумала тогда Ольга, глядя на плачущегоНиколая. — Ей было страшно, — говорил он. — Думая о том, что ее смерть ничего не изменит в окружающем мире, она ненавидела себя всей душой. Получается, наша дочь скрывала переживания от близких и учителей, а когда оставалась наедине с собой, давала волю чувствам и просто плакала. — Я не прощу себе, если ее не станет! — глотая слезы, сетовала жена. Асю спасли, слава Богу. Когда дочка очнулась, врачи разрешили на пять минут увидеться. В реанимационной палате они обнялись втроем: жена, Николай и Ася. Долго так сидели обнявшись и плакали. А Ольга стояла у приоткрытой двери, все видела и слышала, как он сказал: — Прости, дочурка милая! Прости меня, что не был рядом! В один миг Ольгу обожгло: она лишняя! Нет, Николай не мстил жене, встречаясь с новой пассией. Просто ему, отдалившемуся и уязвленному, показалось на какой-то миг, что юная девушка — его история, а на самом деле это было не так. И понял он это только тогда, когда чуть не потерял дочь. Ольга уехала на такси. На следующий день собрала вещи и вернулась домой. Несколько раз Лара стучалась в дочкину обитель, но дверь была заперта и ответа не последовало. К ночи Ольга выползла на кухню, молча заварила чаю, глядя неподвижно в одну точку, не замечая вокруг ничего. — Оля, милая, понимаю, у тебя произошел разрыв, это больно, — тихо произнесла Лара, стоя у дочери за спиной. — Больно? Что ты знаешь о боли? — словно очнувшись от летаргического сна, тихо сказала Ольга. — Больно — это когда режут по живому. А я не живая, меня нет! Считай, что перед тобой зомби! Понимаешь, мама! Зомби! — Расскажи мне, пожалуйста! Тебе станет легче! — Разве? Теперь радуйся! — Чему? — Ты же сама засыпала меня упреками про его возраст. Да, Николай старше меня намного, но нам это не мешало. Женатый, известный артист, у него такой голос чистый и звучный! Он меня любил! — Может, это только тебе казалось? — сказала Лара, когда Ольга на минуту смолкла. С одной стороны, она переживала за страдающую дочь, как всякая мать, а с другой — не показывая чувств, рада была, что все наконец оборвалось: негоже якшаться с человеком вдвое старше. — Нет, мама, он сам говорил: ты мое счастье! Награда! Ближе тебя никого! — Сказать можно все, что угодно, а ты и поверила! — Верила! И сейчас верю!Мам! Он лучший человек на свете! — Так что же тогда он не с тобой? Выбор сделан в пользу имущества? — Мам! Зачем ты так? Ты же никогда не была меркантильной! Он и сам не понял, что произошло! Но семью он любит больше! — Что же случилось? — Лара подошла к дочери, обняла ее за плечи и присела рядом. — У него дочь младшая, как наш Андрюшка, попала в сложную психологическую ситуацию. Еле спасли после попытки суицида! На столе в любимой белой кружке с красным оленем на боку остывал черный чай. Высоко в небе большая полная луна светила в незашторенное окно, пробиваясь через голые ветки каштана, некогда с любовью посаженного всей дружной семьей. И даже набегавшие хмурые тучи не могли затмить этот яркий свет. |