Книга Прямой умысел, страница 77 – Александр Токун

— Не знаю, — пожал плечами хозяин дома, — мне всегда хватало одного. Может, прихоть архитектора, а может, зимы раньше были холоднее.

«Где-то я уже это слышал», — кисло усмехнулся Кондрат.

— Вор не мог сюда проникнуть через дымоход?

— Нет, трубы слишком узкие.

Линник переступил через фигурную решетку и заглянул внутрь пустовавшего камина.

— Пожалуй, вы правы, — согласился сыщик. — Покажите, где лежала шкатулка.

Виктор Викентьевич бросил опасливый взгляд в коридор и, прикрыв дверь, извлек из внутреннего кармана связку ключей.

— Здесь ключи от ящиков секретера, я всегда ношу их с собой, — пояснил он.

Кияковский отворил большим ключом основное отделение секретера, ключами поменьше — два верхних ящика, которые он полностью вынул, затем, пошарив рукой, щелкнул задвижкой и, выдвинув тайник, достал из него красную бархатную шкатулку. Вооружившись самым маленьким ключиком, Виктор Викентьевич открыл шкатулку, но Кондрат, сгоравший от нетерпения, увидел только ее мягкое нутро с сиротливо темневшими пятью углублениями.

— Выходит, чтобы добраться до бриллиантов, преступнику понадобилось бы четыре ключа, — задумался Линник.

— Вместе с ключом от кабинета пять, — поправил его Кияковский.

— В общем, вся связка. У вашей супруги такая же?

— Да.

— Вы настолько ей доверяете?

— Она ведь мать моих детей, — с нотками обиды в голосе возразил Виктор Викентьевич. — У меня нет от нее секретов.

«А у нее от вас?» — хотел было спросить сыщик, но решил пощадить чувства своего клиента. Тот закрыл шкатулку, вернул ее на место и стал приводить в порядок секретер.

— Кто еще живет в доме?

— Камердинер Степан, служит мне верой и правдой со дня моего рождения. Экономка Наталья, камеристка Татьяна, буфетчик Петруха с мальчиком на побегушках, две дочки с гувернанткой-немкой… Мой сын Глеб сейчас в кадетском корпусе, иногда его отпускают домой.

— Когда ваш сын был дома в последний раз?

— В минувшее воскресенье.

«Надо будет завтра посетить Глеба», — подумал Кондрат.

— Все? Больше никого?

— Остальная прислуга живет во флигеле и работает в доме под присмотром Степана и Натальи.

— Хорошо, ограничимся пока близким кругом.

— Вы сегодня же со всеми познакомитесь, — заверил Линника Кияковский, оправляя сюртук. — Полагаю, нас уже ждут к обеду.

Спустившись на первый этаж, сыщик, слегка прихрамывая, прошествовал в сопровождении хозяина дома через большую светлую прихожую в гостиную, где был накрыт стол. Комната была выполнена в теплых тонах. Вдоль стен выстроились выкрашенные под коричневый мрамор пилястры. Правильный рисунок желтого паркета переходил в сложную вязь малинового персидского ковра. Потолок был отделан резными панелями из темного дерева, но, присмотревшись, Кондрат обнаружил, что это тоже всего лишь искусная имитация.

Семья уже была в сборе. Впереди стояла, изящно опершись о спинку стула, еще не потерявшая своего очарования женщина тридцати с небольшим лет в голубом платье, ее каштановые волосы были собраны в высокую прическу. «Жена», — догадался Линник. При появлении гостя она обвела его пристальным взглядом зеленоватых глаз, затем вопросительно посмотрела на мужа. На заднем плане показался тонкий силуэт тридцатилетней гувернантки с узким костистым лицом в окружении непоседливых девочек, которых та тщетно пыталась успокоить. «Дети всегда начинают озорничать в самый неподходящий, с точки зрения взрослых, момент», — подумалось вдруг Кондрату.