Книга Трое с маяка, или Булочная на Краю Света, страница 37 – Полина Сутягина

Скалистый берег, поросший травой на вершине, лентой извивался вдоль моря. Порывы ветра с воды пускали волны по зелени холмов. Элис тихонько заметила вслух, что замерзла, и мальчик достал из рюкзака красный вязаный шарф – единственную вещь, которая, как он считал, досталась ему от матери, и протянул девочке.

Алеющие лучи закатного солнца вылили в воду банку малинового джема, и теперь он растекался по волнам вдалеке. Траву же на склоне они окрасили лимонно-желтым, и она засияла на самом краю обрыва, где слышался рев волн.

Томми прибавил шагу – ошибки быть не могло – это та самая расщелина! Он первым достиг обрыва, и перед ним разверзлась трещина, скрывавшая потаенный грот. Мальчик лег на землю, выдвинув над проемом лишь лохматую голову. Он обратил внимание на несколько крупных камней рядом: за них можно было закрепить веревку.

– Я говорил тебе! – перекрикивая гул внизу, обратился Томми к подошедшей девочке, – вот она!

Элис тоже опустилась на землю и посмотрела вниз. Лицо ее сделалось бледнее, но больше она ничем своих чувств не выдала.

– Я пойду первый! – сказал ей Томми, поднимаясь и доставая из рюкзака моток толстой веревки.

– Мне кажется, это небезопасно… – Элис смотрела на него с тревогой. Но это еще больше раздухарило мальчика.

– Пара пустяков! Я много раз так спускался! – Томми обмотал веревку вокруг самого крупного из камней и закрепил самозатягивающимся узлом.

– Томми, – вдруг сказала Элис, когда мальчик уже скинул вниз свободный конец веревки и собирался спускаться, – возьми, – и она протянула его рюкзак.

– Точно! Там же фонарь! Ты – молодец! – он надел полегчавший без веревки рюкзак и медленно начал спуск.

Девочка, оставшаяся у края обрыва, наблюдала с широко распахнутыми от волнения глазами за передвижением друга. Случись что в этот момент, вряд ли она смогла бы помочь, однако это наблюдение давало ей ощущение сопричастности.

Томми благополучно достиг каменистого дна и крикнул Элис, что все в порядке, но сигнала к спуску не дал. Он хотел вначале оглядеться сам. Высокий грот уходил вглубь, вода била совсем близко, и на камне виднелись лужи, а Томми орошало фейерверком брызг с каждого гребня волны, подбитого каменным уступом. Мальчик немного продвинулся вперед: проход показался ему безопасным, и он вернулся, чтобы позвать спутницу. Натянув веревку, чтобы Элис было легче спускаться, Томми подал сигнал, и девочка, тяжело вздохнув, потихоньку перелезла через край и начала спуск. Ей было страшно, и руки скользили по старому канату, найденному Томми в домике у маяка. Скала врезалась все глубже в плетеную ткань веревки, пока девочка спускалась. Она была уже совсем близко к каменному полу грота, когда раздался слабый треск и, ничем больше не удерживаемая в воздухе, Элис повалилась на стоящего внизу Томми вместе с обрывком каната.

После вскрика и шума падения некоторое время ничего не было слышно, кроме воя и гула волн. Двое узников пещеры смотрели друг на друга с ужасом осознания своего положения.

Элис, наконец, поднялась, потирая ушибленные части тела, и посмотрела наверх, где белел обрывок каната. Томми тоже поднял голову.

– Так, – прервал затянувшееся молчание мальчик, – из любого положения всегда есть выход.

– Угу, – сказала Элис и сглотнула, в ее глазах стояли слезы, но она старалась не подавать виду, как испугана.