Книга Алиби Алисы, страница 70 – Си Джей Скьюз

— Мой папа все время плачет, — отвечает Алиса. — Он плакал, когда по телику показывали рекламу приюта для животных, и когда какая-то леди выиграла в викторине моторную лодку.

— А мой не плачет никогда, — говорю я. — Я рассказала об этом маме, а она ответила, что он просто резал лук. Но никакой лук он не резал, потому что на обеду нас был пирог с рыбой.

— Давай не будем сейчас об этом думать, — возражает Алиса. — Садись за стол. Я наливаю суп.

Сажусь за воображаемый стол, и мы делаем вид, что едим суп. Потом мы моем тарелки, вытираем их и складываем в буфет. А потом наступает очередь конфет.

— Я хочу пить, — говорит Алиса.

— Хочешь я пойду и принесу нам еще по бутылке «Фанты»?

— Тетя Челле нам больше не даст. Она сказала, что мы можем выпивать только по одной бутылке в день.

— Она не узнает. Паб сейчас закрыт, и все наверху. Я принесу еще парочку.

Пересекаю садик, врываюсь через заднюю дверь в кухню и бегу в бар, в котором сейчас должен царить полумрак, не считая вечернего света, пробивающегося через ромбовидные окошки в свинцовых переплетах. Но в зале все еще горит свет, играет музыка и раздаются голоса — дяди Дэна и мамин. Я ныряю под стойку.

— Все будет хорошо, сестричка.

— Нет, не будет. Как все может быть хорошо, если ты понятия не имеешь, во что ты вляпался? А что станет с Алисой?

Музыкальный автомат щелкает и переключается на следующую мелодию. Аккордеон. Музыка становится громче.

— Потанцуй со мной.

— Нет уж, — фыркает мама. — Я занята.

Она собирает со столов пепельницы. Отца не видно. Наверное, он уже поднялся наверх.

— Иди сюда, Челле, — просит дядя Дэн. — Пожалуйста, потанцуй со мной.

Я слышу, как мама плачет. Песня, которую играет автомат, называется «Он мой брат». Выглядываю из-под стойки и вижу их, двигающихся по кругу в центре зала в объятиях друг друга. Дядя гладит маму по голове.

— Должен же быть какой-то выход. Ты должен снова обратиться в полицию.

— Или я, или они, Челле. Так они сказали.

— Я не хочу потерять тебя. Не могу.

— Давай просто потанцуем, сестричка.

Выглядываю еще раз и вижу, что они действительно танцуют. На дяде — красная футболка бристольского футбольного клуба, на маме — платье с голубыми цветами. Их глаза закрыты, и они оба плачут. Что же это происходит? Я не могу спросить маму, потому что она отругает меня за то, что я подглядывала. Музыкальный автомат щелкает и замолкает. Раздается еще один щелчок, и снова звучит аккордеон.

— Давай еще раз, — всхлипывает дядя Дэн.

— Песня слишком короткая, — отвечает мама, и когда я отваживаюсь взглянуть на них в третий раз, они уже не танцуют, а неподвижно стоят, крепко обнявшись, посреди зала.

Осторожно достаю с нижней полки две бутылки «Фанты» и бегу, пригибаясь, обратно. Засовываю бутылки в карманы куртки и взбираюсь вверх по лестнице. Алиса что-то рисует.

— Получите, — говорю я, ставя бутылки на коврик у входа. — Ой, мне надо пописать.

— Окей.

Поднимаюсь вверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки. Папа играет на приставке в комнате Пэдди. Бегу дальше по коридору к комнате Айзека и врываюсь в нее, не постучав.

Айзек сидит у окна, накрывшись занавеской, словно невеста вуалью, и тайком курит. Услышав, что кто-то вошел в комнату, он подскакивает на стуле почти на фут, щелчком выбрасывает сигарету за окно и машет рукой перед лицом, разгоняя дым.