Онлайн книга «Дорогуша»
|
3. Тот шотландский комик, который орет. 4. Тот старый повар, который вечно жалуется на состояние британского фермерского производства, – окей, мы поняли, торговцы молоком тебе реально подгадили. Что ж теперь, не жить? 5. Мужик на серебряной «хонде» (раньше – на синем «Кашкае»), который сегодня утром помахал мне, когда мы с Дзынь переходили через дорогу. Наверное, сменил таблеточки. Но я ему все равно не доверяю. Дэйзи Чан не прекращает попытки со мной поболтать. Она меня бесит не так сильно, как Уманет или Безрадостная Джой (через нее, по крайней мере, можно добывать кое-какие редакционные сплетни), но я не могу на нее долго смотреть: она невыносимо худая. Не просто худая, а худая как рогатина-подпорка для бельевой веревки. Как перекладина стремянки. И я не знаю, где она покупает одежду, но почти уверена, что видела ее топ с рюшечками в детском отделе «Маркс & Спенсера». Сегодня она присеменила ко мне, чтобы обсудить какую-то свою интересную теорию. – Рианнон, ты не посмотришь? – Ага, секундочку, – сказала я, дописывая текст о прошлогоднем победителе чемпионата по Швырянию Резиновых Сапог, который только что стал отцом (реально, я не шучу, у нас такие вещи считаются новостями). – Что там? Она села на шаткий крутящийся стул рядом со мной, обычно занятый Джеффом или Эй Джеем, но сейчас пустующий. – Я сегодня показала это всем на редакционной планерке, но меня засмеяли, я даже вышла из комнаты. – Меня вообще не приглашают на планерки, – пожала я плечами. – Поверь мне, ты ничего не теряешь, – сказала она, выразительно закатывая глаза и выкладывая мне на клавиатуру четыре вырванных страницы из старых номеров. На первом стояла дата: пятница 10 октября, девять лет назад. Студент университета Джонас Петчи из Вены был зарезан у нас в городе в Рэйберн-парке. Вторая страница была датирована пятницей 24 ноября, четырьмя годами позже первой, – еще один студент, Билли Райел, убит на берегу канала. Оба убийства так и остались нераскрытыми. Две оставшихся страницы были передовицами – Мужик с Канала и Мужик из Парка. – Итак, – начала она, подшаркивая поближе, теперь я могла в полном объеме вдохнуть ароматы, предоставляемые ее телом: дешевые обжигающие ноздри духи, кофе, что-то шоколадное и зубная паста. – Тебе не кажется, что здесь прослеживается некоторый общий рисунок? – Эм-м, – проговорила я, разглядывая каждую страницу по отдельности. – Ну, они все умерли. – Ага. – И все были убиты у нас в городе. И ни один из случаев не раскрыт. – Ага, а что еще? – Э-э… – я долго и мучительно думала, продолжая изучать страницы. – Они все – мужчины? – Да, ну а еще? – Ну… Двое из них – насильники… – Вот именно! – Она улыбнулась. – Я знала, что ты это тоже заметишь. – Замечу – что? – Общий рисунок! Билли Райел и Гэвин Уайт ОБА имели судимости за преступление на сексуальной почве. Возможно, Джонас и Дэн Уэллс тоже нападали на девушек, просто не попались. Может, именно поэтому Дэну Уэллсу отрезали пенис, прежде чем он упал в канал? – То есть ты хочешь сказать, что тут действует какой-то серийный убийца, который специализируется на насильниках? Такой как бы благородный мститель? – Да! Я нахмурилась. – А как же Джулия Киднер? Она-то не была насильником. Теперь нахмурилась она. – Не была, конечно, но зато ее саму изнасиловали. И вот тут моя теория немного разваливается. Их всех таким похожим образом убивали. Я хочу спросить у полицейских, которые занимаются этим делом, нельзя ли мне взглянуть на материалы, касающиеся двух первых убийств. Копнуть поглубже и посмотреть, не совпадут ли результаты анализов ДНК старых убийств с убийствами этого года. |