Книга Остров пропавших девушек, страница 33 – Алекс Марвуд

В свой выходной она отправляется в новую аптеку, покупает черную краску, которую надо мазать на ресницы специальным ершиком, и бутылку пепси-колы для сестры. Мерседес единолично ее выпивает в бабушкином саду, считая, что в жизни еще не пробовала ничего вкуснее.

Пока из моря вырастает порт, на скалах поднимается целый город. Огромный отель с фонтаном в вестибюле. Жилые дома с балконами – сначала один, два, три, затем пять, затем пятнадцать. Plasa, которая вскоре обрастет магазинами, и канатная дорога, соединяющая ее прямо с пристанью для яхт, чтобы богатеи не утруждали ножки. Мерседес учит новые английские слова и фразы, которые в школе им никто даже не думал преподавать. High-end. Six-star. Premium luxe. Bidet. Перерезая путь пешеходам, в конце Виа дель Дука появляется исполинский сверкающий ресторан: стеклянные стены и терраса с видом на пристань и океан. Серджио с блеском в глазах часами наблюдает за тем, как его строят.

– Я должен поговорить с el duqa, – произносит он с таким видом, как будто общался с ним уже не раз, – им нужен будет управляющий.

– У нас уже есть ресторан, – возражает на это Ларисса, – и ты и там будешь готовить чужакам еду и убирать за ними дерьмо.

Но она видит, как его взгляд темнеет, и замолкает – его взбучек ей и без того хватит на всю оставшуюся жизнь.

На восточном утесе вырастает величественный дом с внушительным видом на все Средиземноморье. Стеклянные двери до потолков и собственная башня. По слухам, его выкрасят в желтый цвет. Такое даже представить невозможно! Желтый дом! Но вскоре Кастеллану запруживают подмастерья: они обдирают до голых камней фасады, шлифуют их, заново штукатурят и каждый из них красят в свой цвет – один в желтый, другой в бирюзовый, третий в розовый, оттенка лосося.

«Красиво, – говорит молодежь. – Наша столица окрасилась всеми цветами радуги!» Solteronasпри этом поджимают губы, а старики говорят, что с таким же успехом они могли бы жить в Италии.

А Мерседес все растет, растет и Донателла, Ларисса становится все печальнее и злее. А после того как остров успевает трижды отметить День святого Иакова, начинают прибывать люди-с-яхт. И вместе с ними, в то лето, когда Мерседес двенадцать, девочка, которая изменит всю ее жизнь.

Дом их бабушки когда-то был римской гробницей. Хотя после смерти Гелиогабала его дворец утех сровняли с землей, а камни побросали в море, остальные особняки никто трогать не стал. Их превосходные фундаменты, мозаичные полы, подвальные помещения для печей (великолепные кладовки!), канализация, бани, сады во внутренних двориках и резервуары для дождевой воды – слишком хорошие, чтобы практичные люди крушили их в угоду историческим обидам, – легли в основу города Кастеллана.

А через пару сотен лет здешнее римское кладбище – небольшая вереница квадратных увенчанных куполами строений с прекрасным видом на море, выстроившихся вдоль скал, – утратило мистическую таинственность. Местные где-то прилепили к склепам по комнатке, где-то поставили перегородку, под шумок выбросили с утесов в воду бренные останки и устроили маленькие дома там, где когда-то покоились мертвецы. Этот крохотный квартал взирающих сверху на город лачуг был особенным и в другом отношении. Поскольку кладбище существовало задолго до того, как к власти пришли герцоги, это единственные здания на острове, которые находятся в частной собственности. На остальной территории в случае смерти арендатора имущество автоматом возвращается к герцогу, и покинутая семья обязана обратиться к нему с прошением переоформить аренду на кого-то из них. Чтобы обременить еще одно поколение долгом за дом, за который платили все предыдущие. Но дома на кладбище попросту переходят от хозяина к наследникам, и хотя в них нет ни водопровода, ни канализации и они не имеют никакой ценности (ценность появляется, когда у населения есть деньги) – на острове эти дома имеют очень высокий статус.