Книга Вниз по кроличьей норе, страница 128 – Марк Биллингхэм

— Мне нисколько не жаль, что ее убили, — говорю я.

— Ладно, — отзывается этот типа как Тревор.

Придвигаюсь на стуле чуть поближе к нему и понижаю голос.

— Но кое-кто здесь думает, что это сделала я, и ответ на вопрос, почемуя якобы это сделала, превращает меня в мишень.

— Ну да, ты права, — соглашается он.

— Так ты что-то слышал?

— Нет, в смысле, ты права… это плохо.

— Просто не знаю, что и делать! — восклицаю я. — Не знаю, кому доверять.

— Нельзя доверять всем без разбору.

— Это уж точно…

— Или… ты можешь доверять абсолютно всем. Это тоже может сработать.

Смотрю, как этот мужик улыбается и показывает мне большой палец. Он вроде жутко доволен своим планом. Либо это коп, который настоящий артист в своем деле, либо реально псих, на котором пробы негде ставить.

— Короче говоря, я боюсь, — говорю я.

— Ну да, и я тоже, — отвечает он. — Постоянно.

— Мне это не нравится. До этого я по-настоящему боялась всего раз в жизни, и в тот раз мне это тоже не понравилось.

— А что ты тогда делала?

— Отбивалась, — говорю я. — Запаслась оружием.

— Понятно.

Это его заводит — он поворачивает голову и начинает шарить взглядом по комнате в поисках чего-нибудь подходящего. Во мне тоже все так и кипит, так что я следую его примеру.

Бонги, сломанная гитара, набор настольных игр…

Ничего, чем можно нанести какой-то серьезный урон.

Мужик в костюме раздраженно хлопает ладонью по столу, после чего пожимает плечами, словно попробовать все равно стоило. Произносит:

— Не хочешь поужинать?

Это классно, словно он приглашает меня на свидание, и я ловлю себя на том, что улыбаюсь.

— Годится, — говорю я. — Но толькоужин, договорились? Я не какая-нибудь там шалава!

Он опять хихикает. Бормочет про себя: «Шалава…»

— А потом можем вернуться сюда, и я помогу тебе закончить твою головоломку.

Его лицо немедленно мрачнеет, и он подается вперед, обхватив обеими руками рассыпанные по столу детальки и прикрывая их от меня локтем.

— Нет уж, блин, ни в коем разе!

Мистер Пазл — которого, как выяснилось, зовут вовсе не Тревор, а Колин, — сидит как можно дальше от меня, хотя и в том же помещении, а я оказываюсь за ужином за одним столиком с Лорен. Это, естественно, главная угроза. Ест она не закрывая рта, немузыкально мыча что-то себе под нос и наваливаясь на меня, когда тянется за солью, перцем и кетчупом. Потом опять за кетчупом.

Бубнит с полным ртом:

— А она классная — в смысле, та тетка-психиатр, которую притащили с собой копы.

— Да ну?

Большое облегчение услышать, что я оказалась не единственным пациентом, с которым пообщалась Перера. Но тут Лорен все портит, в чем всегда ее главная цель:

— Угу, мы с ней просто охренительно потрындели. Перемыли кости всему на свете.

Не удерживаюсь от мысли, что под «всем» она имеет в виду людей и что под «людьми» подразумеваюсь я. По ее жирной роже расплывается улыбочка, по которой так и тянет как следует вмазать — та, которую Лорен нацепляет на себя, когда жутко довольна собой и когда хочет, чтобы я думала, будто она знает что-то важное.

Это просто безумно раздражает.

— А еще симпатичная, как думаешь? — спрашивает она.

— Наверное.

— Просто мечта для какой-нибудь лесби. — Лорен кивает и заталкивает в пасть очередную ложку мясного рагу. — Я-то видела, как Малайка на нее посматривает!

Кстати о «посматривает»: я полностью в курсе, что Клэр внимательно наблюдает за мной из-за столика напротив. Сидит она с Донной и Ильясом, но то, что обсуждают сейчас эти двое, ее вроде как совершенно не интересует. Меня не удивит, если Плакса-Вакса уже успела подмазаться и к Лорен, и вот теперь терпеливо ждет, когда та доложит ей о нашем разговоре, как только мы разделаемся с ужином.