Книга Смерть всё меняет, страница 87 – Джон Диксон Карр

Потом была еще маленькая подушка с сиденья вращающегося кресла. Я осмотрел ее, и она оказалась грязной. Грязной в совершенно чистом доме. Инспектор Грэм, как мне сказали, тоже в какой-то момент тем вечером брал эту подушку и хлопал по ней, чтобы стряхнуть грязь. Такую, словно кто-то потоптался по подушке мокрыми ботинками.

И наконец, было это.

Доктор Фелл неуклюже затопал через комнату к письменному столу, где, отступив в сторонку, чтобы они все видели, он потянул за цепочку, включая маленькую настольную лампу. И снова яркий небольшой круг света упал на стол и на пол, как демонстрировал Грэм за день до того.

– Судья Айртон, – продолжал доктор Фелл, – говорит, что, когда он вышел из комнаты в кухню в двадцать минут девятого, горела только эта лампа. Между тем моментом и половиной девятого кто-то включил свет под потолком. Зачем? Как вы видите, у этой настольной лампы неподвижный металлический абажур. Свет попадает только на стол и на пол. Верхняя часть комнаты не освещена вовсе.

Связав вместе все эти указания: первое – кто-то вставал на подушку в кресле перед письменным столом; второе – кто-то поднял телефон на некоторую высоту, прежде чем бросить его, – мы получаем только одно место для поисков. И поистине всего один предмет, который мы ищем.

Доктор Фелл развернулся и прошел к выключателю рядом с дверью в коридор. Свет верхней люстры, когда он нажал на клавишу, ослепил всех, и все заморгали, привыкая к нему.

– Вот так, – произнес доктор Фелл.

Чучело лосиной головы гротескно таращилось на них со стены над письменным столом. Голова была старая, пропыленная, побитая молью. Она шла в комплекте с тошнотворными обоями в цветочек и вязаными диванными подушками.

Голос судьи Айртона прозвучал тонко и сипло, теперь уже не сдерживаясь и на грани истерики от изумления:

– Вы утверждаете…

– Покажите им, Грэм, – предложил доктор Фелл.

Инспектор Грэм поднялся. Он вынул из кармана брюк револьвер «Ив-Гран» 32-го калибра и проверил, что барабан вращается от движения курка.

Подойдя к письменному столу, он поставил кресло в паре футов перед ним, немного левее лосиной головы. Револьвер он переложил в левую руку. Снял с рычага телефонную трубку. Обернув правую руку носовым платком, он взял и трубку, и телефон. Держа все это в правой руке, а револьвер в левой, он забрался на кресло. Оно пронзительно крякнуло и заскрипело, когда он утвердился на нем.

Его глаза оказались теперь почти на уровне стеклянных глаз лосиной головы. Он нацелил револьвер в выемку или углубление, изображавшее правую ноздрю нелепой чучельной головы. Растянув телефонный шнур на всю длину, он поднес телефон поближе к револьверу. Склонился к обоим предметам.

А потом заговорил негромко, но отчетливо.

– «Дюны». Дом Айртона. Помогите! – произнес Грэм. Он откинул голову назад… и выстрелил.

Грохот выстрела показался оглушительным в этом замкнутом пространстве. А дальше все произошло слишком быстро, чтобы Фред Барлоу успел проследить, разве только уже позже, вспоминая.

Телефон, выпущенный из руки, загромыхал, ударяясь об пол. Вслед за ним прилетел носовой платок. Правой рукой Грэм сделал какое-то короткое движение, прежде чем она метнулась к левой ноздре лосиной головы, в которую угодила пуля. Но прежде чем он завершил свое движение, что-то странное как будто само собой появилось на ковре на полу рядом с креслом Грэма.