Книга Мракобесие и отвага, страница 15 – Александр Быченин

С-сыбаль! Он прикалывается, что ли⁈ Или на полном серьёзе⁈

— Пардон, Клим Потапович, это уже моя профдеформация! — опомнился Купфер. — Служба в третьем отделе неизбежно накладывает свой отпечаток. Полагаю, этот ваш Остап — очередная фигура речи из земного фольклора?

— Именно так, — подтвердил я. — Я слишком часто палюсь на мелочах, да, Назар Лукич?

— Не обращайте внимания, со мной можно, — заверил тот. — Я и так в курсе, что вы попаданец. А вот потом… всё же будьте немного посдержаннее,если не хотите лишних вопросов.

— То есть мне держать происхождение в секрете? — уточнил я.

— На ваше усмотрение! — отмахнулся Купфер. — Ничем серьёзным утечка информации вам не грозит, но у многих людей, да и не только у людей, любопытство — одна из основных черт характера. Расспросами замучают.

Ого! А ведь он всерьёз настроен выпустить меня в большой мир Тверди! Какой разительный контраст с моей бывшей реальностью, в которой такого вот попаданца наверняка где-нибудь, да закрыли бы: если не в дурдоме, так в секретном исследовательском центре. Какая дурка, вы чё, угораете⁈ А тут, вон, чуть ли ни прямым текстом куратор от спецслужбы — а чем ещё эта самая опричнина с её третьим отделом может быть? — заявляет, мол, готовься, Клим, к самостоятельной жизни и назойливому вниманию посторонних! И ещё ведь какая-то интересная обмолвка была, что-то там про людей и не только… ладно, пофиг! Сейчас у нас другая задача на повестке дня.

— Что ж, вернёмся к нашим бара… — осёкся я. — То есть я хотел сказать, приступим, Назар Лукич!

— Экий вы нетерпеливый, Клим Потапович! — поправил Купфер очки своим фирменным жестом. — Сначала извольте выслушать краткий экскурс в историю проблемы. Но начнём с простого. Посмотрите вокруг, Клим Потапович. Что вы видите?

— Э-э-э… спортзал? — хмыкнул я, крутнувшись вокруг оси и честно мазнув взглядом по всему периметру помещения.

— И всё?

— Охренительный спортзал?

— Опять шутите! — нахмурился Купфер.

— Да нет же! — возмутился я. — Реально самый лучший спортзал из тех, что я видел раньше! Нет, спорткомплексы в целом и пошикарнее попадались, но чтобы такая концентрация всякого спортивно-полезного в одном месте… и силовая зона, и, вон, анаэробная — и всё такое новенькое и блестящее! А вон там, — мотнул я головой в нужную сторону, — явно единоборческая зона! Мешки, груши, манекены… даже, если не ошибаюсь, татами имеется!

— Вы про борцовский ковёр?

— Не, борцовский ковёр с круглой разметкой, а это совершенно точно татами! Тут, наверное, люди в секциях разных занимаются?

— Нет, секций здесь нет, — покачал головой Купфер. — Не то заведение. Здесь реабилитацию проходят. Ну, или диспансеризацию, что гораздо чаще. Посмотрите внимательно, Клим Потапович. Вам тут всё должно быть очень хорошо знакомо.

— Ну… в общих чертах— да, — заключил я, подвергнув зал повторной процедуре осмотра. — Но вы ведь явно от меня чего-то другого ждёте?

— Именно, — подтвердил мой куратор. — Клим Павлович, ваш предшественник, в таких вот залах буквально жил.

— Фанат физкультуры? — заломил я бровь. — ЗОЖник в пятом поколении?

— А почему в пятом? — не понял Купфер.

— Да просто к слову пришлось! — отмахнулся я, машинально отметив, что к аббревиатуре «ЗОЖ» тот не придрался. А, стало быть, прекрасно с ней знаком. — Ну так я угадал? Он был спортсмен-профи?