Книга Хозяин острова Эйлин-Мор, страница 79 – Сергей Мельников

Как же они вернулись тогда, на той лодке? Хозяин произнес магическое заклинание. Оно очень короткое: «Убью!» Подействовало безотказно. Едва шеи не переломали, но быстро разобрались с парусом. Свалиться с реи не так страшно, как испытать на себе гнев Хозяина. Кое-как, похабно вихляя задом, но лодка двинулась куда надо. У родного берега чудом раз десять не напоролись на камни. Пару весел сломали. Близко подходить не рискнули: он обвязал веревкой одного из бойцов и отправил вплавь на берег. Подбежали другие бойцы и вытянули их на мелководье.

Хозяин опустил ногу в песок и начал поднимать вторую. Вода омывала прохладой его босые ступни, звала и дразнила. Он шел бесконечно долго, но море все еще плескалось ниже колен. Корабль медленно приближался. Его темные борта не были усыпаны дырами, плюющимися раскаленными шарами. Хозяин видел всего одну не слишком толстую трубу, обращенную к нему, но из нее тянуло смертью сильнее, чем из десятков пушечных портов старого парусника. Чтобы не думать о враге, отвлечься от слепящего света, воздуха, густого, как овсяный отвар, боли, разрывающей голову, Хозяин попытался вспомнить, как называлась лодка, которую он угнал у чужаков.

Дра… «Дракон», что ли? Воины на берегу трясли бородами, заплетенными в смешные косички, и кричали: «Дракон! Дракон!», что-то на их лающем языке и опять: «Дракон!» Нет, не так, а как – не вспомнить. Он свое имя не помнит, а тут – лодка. Какой огромной она ему казалась, а это железное чудовище раздавило бы ее и не заметило.

Хозяин скосил взгляд в сторону вражеского корабля, и даже это движение причинило боль: хитрый здешний бог насыпал песок в его глазницы, не иначе. Труба изменила свое положение: круглый провал по центру скрыл ее целиком. Что-то сверкнуло, но так слабо, что эта вспышка утонула в сиянии света. Скала за левым плечом Хозяина взорвалась, и каменные осколки впились в его бок. И только потом грохот, отставший от снаряда чудовищного калибра в тринадцать с половиной дюймов, ударил в уши Хозяину. Шок и страшная боль выбили из Хозяина остатки воздуха. Напрягая непослушные мышцы, он начал долгий и мучительный вдох.

Противник оказался смертельно опасным, но у Хозяина есть еще одно оружие, о котором он забыл: его песня. Враг медлил: второй выстрел запаздывал. Хозяин набрал полную грудь воздуха и запел. Эта песня была на гаэльском, он сочинял ее на ходу – о трусливом боге неба и суши, пославшем вместо себя на битву железное чудовище. Его хриплый голос взлетел вверх и покатился под гору, все быстрее и тише, пока совсем не исчез. Как только затихла его песня, взмыли со скал птицы и заметались в ночном небе, врезаясь друг в друга и падая в море.

Майская ночь, 1902 год.

Вахтенный офицер нашел Этвуда на носу. Сжав побелевшими пальцами край фальшборта, Билл не отрываясь смотрел на приближающееся чудовище. Пирсон похлопал Этвуда по плечу. Матрос развернулся, увидел офицера и вытянулся в струнку, рука взлетела ладонью ко лбу.

– Вольно, – сказал Пирсон, бросив недовольный взгляд на пижамные штаны. – Следуйте за мной.

Не дожидаясь ответа, он направился к башне главного калибра. Этвуд побежал за ним. Орудийный расчет встал по стойке «смирно». Канонир отдал честь, но вахтенный прервал его стандартный рапорт.