Книга Родственные души. Сборник рассказов современных писателей, страница 30 – Улана Зорина, Лёля Фольшина, Татьяна Левченя, и др.

В тот день Мишка с Иринкой успели с утра сбегать на речку вместе с Майкой. Там она бегала по берегу, лаяла и выполняла команды, как самая настоящая собака. К ней уже все привыкли, внимание, как раньше, перестала привлекать. Ребят знакомых было намного меньше, кого заранее увезли в город, а кто-то ходил с родителями по школьным базарам.

Полдень давно миновал. Отец, как всегда, был на работе. Мама ушла к знакомой за деревенскими молоком и творогом, заодно поболтать, обсудить свои дела и новости. Потому дети знали, что час или полтора им предоставлено побыть одним в большом скрипучем доме.

Ребята слегка заскучали, Иринка опять возилась со своими куклами на заднем дворе, Мишка покидал мячик робощенку. Тот выполнял все команды с неизменными точностью и изяществом.

Вдруг собака остановилась прямо посреди игры. Её голубоватые глаза обратились в небо, она даже пропустила кинутыйМишкой мячик, и тот ударился о мохнатую мордочку. Майка даже не шелохнулась. Секунду или две она всматривалась в видимые только ей одной далёкие чёрточки и точки в небесной дали. Глаза робощенка вдруг загорелись красным, вместо нежного тявканья из её рта раздался громкий мужской голос, очень похожий на папин:

– Опасность! Дети, быстро в подвал!

Мишка застыл от неожиданности в шоке. Тогда робот обратил на него горящие красным светом глаза и мотнул головой в сторону, где играла Иринка. До паренька дошло, и он рванул за сестрой. Через несколько секунд он появился в дверях, крепко держа за руку ревущую Иринку. Та ещё больше заголосила, увидав два красных карбункула вместо голубых приветливых глаз Майки.

Собака не тратила время, уже подбежала к толстой металлической двери, уводящей в наклонный коридор, что вёл в глубокий подвал под домом и участком. Она подскочила, вцепившись в ручку двери, рванула её своим весом. Так что дети, подбежав, сразу смогли, не снижая скорости забежать в полутьму к лестнице подвала. Робот рывком захлопнул дверь, и тут же тьма обступила их, но горящие красным глаза, так напугавшие Иринку, подсвечивали на три ступеньки путь вниз.

– Опасность! Опасность! – всё продолжал повторять устрашающий мужской голос, что так не вязался с нежным и уже привычным образом робощенка. Собака явно поторапливала детей, чтоб они быстрее спускались с лестницы.

Брат с сестрой почти добежали до низа, оставалось несколько ступеней, в красноватом свете глаз робощенка уже отсвечивали привычные банки с мамиными закрутками, когда страшный удар потряс дом и землю под ним. За пару секунд до того из-за далёкой двери наверху полыхнуло по краю, будто фотовспышка. Мишка даже вспомнил, как их фотографировали на выпуске класса, там также неприятно слепило вспышкой. Но это было как десятки вспышек, они с сестрой даже запнулись на последних ступеньках. И тут удар бросил их вместе с собакой на ближний стеллаж с банками.

Это был хаос, Иринка с Мишкой орали от ужаса и боли, осколки от банок посекли их, стеллажи падали в их сторону, но собака успела за долю секунды прикрыть детей от ближайшей конструкции. Они лежали, постанывая, среди осколков банок, разбросанных в пыли огурцов, перцев и помидоров с зеленью, когда услышали почти оглохнувшими ушами ужасный гул, будто за дверью наверхурядом шёл гружёный поезд, а может быть, это ревел ураган.