Книга Родственные души. Сборник рассказов современных писателей, страница 20 – Улана Зорина, Лёля Фольшина, Татьяна Левченя, и др.

– Где, где? Нужно сейчас же спешить туда!

– Хорёк поведёт нас.

– Где хорёк? – боров побоялся, что инициатива уйдёт от него, потому что хорошо знал, что вожаком толпа считает только того, кто бежит впереди неё.

Даже если мнение вожака другое, он всё равно должен бежать в том же направлении, что и вся толпа, только немного быстрее. А иначе кто-то, например, – Мэр, обгонит его, затопчет и сам возглавит толпу.

– Сейчас же, немедленно, – суетился и хрюкал боров, спеша изо всех сил на коротеньких ножках. Голос его и без того невнятный из-за хрипов и похрюкиваний, из-за быстрого движения стал совсем нечленораздельный. – Нужно организовать спасение… спасателей… отряд спасателей.

– Спасение! Ах, как мудро! Спасателей! Величие души! – кричали птицы, летая над головами. – Ах, ах! Наш герой! Святые годы!

Но понять борова было невозможно, его мучала отдышка, нос был забит и слова сливались с хрипом и хрюканьем.

Собаки сами сориентировались, Мэр организовал отряд спасателей из них и молодых медведей, и все они бросились к горе.

Рыжий молодой волк готовился к последнему прыжку, держа косулю перекинутой через спину. Он зубами крепко сжимал её ногу. И Эльза зажмурила глаза от страха.

Насколько волков со дна пропасти построили живую пирамиду, и рыжий волк лез по ней, как по лестнице. Ему осталось только сделать рывок – и маленькая косуля была бы спасена.

Но тут на волка, чья голова лишь выглядывала из горной трещины, налетел медведь. Он сверху упал на волков, придавил тушей, и вся масса свалилась вниз, на камни, давя друг друга своими телами. Собаки сверху бросились на волков, медведи сцепились с двумя старыми волками, оставшимися наверху и готовившимися принять косулю.

Звери дрались яростно, то и дело из глубины трещины раздавался собачий визг и медвежий вопль. Внизу было тесно, там просто шло взаимное уничтожение. Но собак было мало, медведи не спешили на помощь. Они берегли свои шкурки. И вот первый пёс выскочил из трещины. За ним последовал второй. Окровавленные, с шерстью, стоящей дыбом и поджатыми хвостами, отступали они с горы. Медведи скатились вниз к подножью раньше их.

К пню, возле которого собрались все звери, собаки и медведи вернулись в молчании и понурые. Их окружили и забросали вопросами. Боров уже и не пытался залезть на пень. Он сидел рядом, прислонившись к обрубку дерева спиной. Рядом в той же позе сидел Мэр. Другие звери окружили их. Хорёк был уже тут. Он сидел на самом пне, в безопасности, и что-то шептал на ухо то борову, то медведю.

Звали хорька Крысёныш, а почему, – никто и не помнил. Просто, когда-то в его детстве, кто-то так назвал самого маленького и хилого детёныша от очень красивой пары хорьков. Но братья и сестры по клану иногда называли его Гадёныш, –за мелкие пакости, которые тот им подстраивал.

– Ужасно, ужасно! – кричали птицы, слушая с ветвей рассказ побитых собак. – Волки всегда были опасны. Они однажды растоптали птенца, упавшего из гнезда!

– Да! Однажды волк оторвал хвост моему дедушке, – присоединилась к хору белка.

Мэр засмеялся.

– Не знаю, что волков удерживало, чтобы вообще твоего дедушку сожрать! – крикнул он, подняв морду вверх.

– Ужасно, ужасно! Они – звери! Они – жестоки!

– Они – убийцы! – наконец выговорил сам боров. – И помните: нам нужна Долина волков без волков!