Онлайн книга «Эротика с аффектом»
|
Там, далеко на Земле, ты уже нажала Ту-самую-Кнопку, сигнал шёл больше часа к нам, и вот-вот должен был достичь «Прометея» и базы. Мы все застыли, глядя на отсчёт секунд, и даже Петер вроде бы сглотнул тогда, чего за ним никогда не замечалось. Арслан стоял у спинки стула и яростно поднимался и опускался на ступнях в нетерпении. Мы с Васко сидели на креслах, и я заметил, как он сжал тогда подлокотник до белых костяшек на загорелых руках. Момент НОЛЬ!.. Иссиня-чёрный луч ударил из кормы вдруг исчезнувшего «Прометея», ушёл куда-то в сторону звёздочки нашего Солнца и за секунду развеялся, исчез. Приборы показали, что корабль успешно переместился в намеченную точку, где сравнительно рядом, в тысячах километров его ждали другие боты-наблюдатели. Мы радостно стали поздравлять друг друга, и если б на нас были цилиндрыи киверы, то бросали бы их в потолок базы. Но на нас были рабочие лёгкие скафандры, а встроенный шлем не побросаешь вверх. * Внезапно на экране исчезли изображения и данные, загорелись огромные красные надписи «ОПАСНОСТЬ!», мерзко взвыла сирена. Роботы подхватили нас и буквально понесли по переходам, коридорам и лифтам, где медленный человеческий глаз только и успевал выхватить красные ленты мелькающих мимо аварийных сигналов. Ничего не соображающих и задыхающихся от такой скорости членов команды, роботы доставили, оказывается, прямо в челнок, а сами остались на базе по аварийному протоколу. И только тут мы смогли отдышаться и сразу вызвали данные на свои браслеты. Теперь я понимал, кажется, состояние ящерки, когда её отнёс наш дворецкий на тот жёлтый камушек. Искин базы Мимас-2 доложил о критической нестабильности Солнца. На изображениях ничего не было видно, свет до нас будет добираться ещё большечаса, но гравиметры и другие чувствительные приборы не врали. Единственным верным решением роботы наметили наше спасение на «Прометее», и направили челнок на точку встречи. Искин-капитан «Прометея», оценив ситуацию, за мгновения решил переместиться к нам навстречу, и совершил второй прыжок, очутившись в сотнях тысяч километров ближе к базе. Второй раз мелькнул луч чистой темноты, длиной в сотни миллионов километров, и развеялся в пространстве, а карготранспорт уже был виден даже невооружённым взглядом недалеко от нашего челнока. Все это мы, обалдевшие от происходящего, прожили буквально за десяток секунд. И только тогда к нам пришли мысли о близких, об оставленной Земле. И четверо взрослых космонавтов-астронавтов выли и рыдали в голос, Арслан даже драл волосы, приговаривая на своём наречии. Когда мы были уже близко к «Прометею» и его туша заслоняла нам звёздное небо на траверзе, мы получили сообщения на свои браслеты, их нам передал искин базы. Видео от помех было сильно повреждено, но я угадал твои огненные волосы, лежащие на плечах скафандра, а лица так и не смог разглядеть. Звук тоже был повреждён, но фразы угадывались. «…пош… не по пла… флюк…ции прост… вре…ни… Сол… ста… нестаб… у нас… бук…но… минут… Прощ… любл… теб… Серёж…» Твой размытый образ приблизился к экрану, и на долю секунды я разглядел веснушки на кусочке бледной щеки, ты, видимо, послала мне поцелуй. Больше ничего не помнил. Кажется, по прибытии челнока полиморфы вносили нас в «Прометей» на руках. |