Книга Зов орды, страница 27 – Эд Кузиев, Виталий Хонихоев

Батыр слушал, склонив голову, мечтательно прикрыв глаза, а Ханой жадно смотрел на новый мир, который открылся ему после обретения стяга. Еще пару битв пройдет, и его братья получат доступ к новой силе, а весь кулак силен своим самым слабым пальцем, может пройдет месяц или больше, когда Госра станет равным, раскрывая новые грани. А затем каждый из них будет голоден до могущества, только путь будет разным. Мысленно попросив Всеотца о вызове, который преодолеет, кнут пришпорил коня.

Все трое чувствовали, как удаляются от родной крови, порой им казалось, что знают точное количество шагов до Максуда и направление до Госры, но чем дальше они уезжали от серого городка, тем бледнее было это ощущение.

— Нам нужно прибиться к каравану, — вдруг произнес вслух Ханой. — Не нужно врагам знать в каком составе мы выехали из города, сворачиваем с проселочной дороги на торговый путь.

Тройка меча.

Мечник шумно опустился на циновку, скрестив ноги, погрузившись в себя. С каждым часом, он чувствовал, как становился все более одиноким и брошенным, словно забытый табуном молодой жеребенок в степи. А еще совершенно не понимал, что делать дальше. Впервые за последние семь лет остался один, не считая провалившегося в болезненный, тяжелый сон Госры. Временами кудесник всхлипывал, когда тревожил рану неосторожным движением, в тот же миг на глиняный пол сыпались черви из раны.

Трижды заходил лекарь, проверяя состояние раненого и предлагая тому питье и жидкий бульон, изредка перебрасывался словами с девушкой, что белой тенью стояла за спиной Максуда. Уже вечерело, когда она решилась.

— Максуд, нужно поесть. А мне выходить не желательно, да и денег нет, — робко попросила она.

Парень повернулся к ней с отрешенным лицом, осмысливая ее слова, затем вдруг резко вскочил на затекшие ноги. Чтобы через мгновение оказаться вновь на полу. Глядя на девушку, вдруг понял, что у него есть долг перед ней, перед раненым собратом, своим домом. Растирая онемевшие ноги, мягко ответил: — Я всесделаю, сестра. Только мяса хорошего в этом краю даже не нюхали. Скоро буду.

Он оставил свою одежду, с трудом натянув халат покойного слуги Ли. Стянул отросшие волосы в узел, чтобы больше походить на местных и вышел из хижины.

Глубоко вздохнул и поднял глаза в небо, совсем скоро зажгутся звезды, выглянет полумесяц. Схватив левой рукой меч, пошел в таверну. Уже на подходе заметил вооруженных людей. Еще утром мечник бы пошел смело, бросая вызов, а сейчас, когда от его действий зависит судьба двоих человек, поостерегся. Прильнув к стене, медленно подошел и прислушался.

— Сколько было лошадей? — грубо спросил один из них.

— Десять, мой господин, был еще вол с арбой, но его сторговали мельнику. Многие хотели взять, только стоимость была большая.

— Девка с ними была? — продолжал пытать жесткий голос с родным для Максуда акцентом.

— Не знаю, господин. Я видел только коней и троих кочевников, — виновато отвечал мальчишка, что присматривал в конюшне.

— Когда забрали?

— Утром, я только воды натаскал, а они кинули монетку под ноги, быстро запрягли и умчались...

Мечник не решился посещать таверну этим вечером, хоть и готов был к битве. Одну ночь можно и поголодать, а завтра идти на рынок. Затем подумал о сестре и поменял свои мысли. Быстрым шагом он рванул на базар, в надежде прикупить хоть что-то, но результат его разочаровал. Лишь только солнце ушло на покой, все лавки закрылись, и только нищие ковырялись в мусоре, пытаясь найти хоть что-то съестное.