Книга Протокол «Изнанка», страница 92 – Виктор Корд

Червь замер.

Его глаза погасли.

Туша обмякла и рухнула на рельсы, перекрыв туннель.

Мы победили.

Но путь был закрыт.

Сто тонн мертвого мяса и железа лежали перед нами.

— И как мы это уберем? — спросил Волков, выбираясь из машины.

— Мы не будем убирать, — я вытер пот. — Мы проедем сквозь него.

— Что?

— Он пустой внутри. Это вагоны. Если мы откроем торцевые двери… мы сможем проехать через его кишки, как через туннель.

— Ты больной, — констатировала Анна.

— Я практичный. Заводите моторы.

Мы въехали в пасть мертвого червя.

Ехать внутри мертвого монстра — это как путешествовать по канализации Ада.

Свет фар выхватывал из темноты ребристые стены из хитина и мяса, с которых свисали лохмотья слизи. Воздух был густым, влажным и вонял так, что даже фильтры броневика не справлялись.

— Температура растет, — заметила Вера, глядя на приборы. — Внутри туши пятьдесят градусов. Мы варимся.

— Это остаточное тепло реакции, — пояснил я, протирая запотевшее стекло. — Червь работал на маго-ядерном движке. Мы убили мозг, но реактор еще тлеет.

«Мамонт» полз первым, раздвигая бампером ошметки внутренних органов. За ним тянулась вереница грузовиков и танков.

Вдруг машина дернулась и встала.

Колеса буксовали в вязкой жиже.

— Застряли! — крикнула Вера. — Сцепления нет!

Я посмотрел назад.

Колонна встала. В замкнутом пространстве туннеля-червя начали скапливаться выхлопные газы. Двигатели перегревались.

— Борис! Легион! — я включил внешнюю связь. — На выход! Толкать!

Гигант-киборг и Химера спрыгнули с брони прямо в жижу.

Она доходила им до колен.

Борис уперся своими титановыми руками в задний бампер «Мамонта».

Легион встал рядом.

— Раз… два… ВЗЯЛИ!

Два монстра (один механический, другой биологический) напряглись.

«Мамонт» скрипнул и пополз вперед.

— Давай! Еще!

Они толкали машину метров сто, пока колеса не зацепились за обломки ребер червя.

— Выбрались! — Вера дала газу.

Впереди забрезжил свет.

Выход из туннеля.

Но это был не дневной свет.

Это было багровое зарево.

Мы вылетели из пасти червя, проломив его зубы, и оказались на поверхности.

Пустошь.

Но она изменилась.

Раньше это была серая пустыня.

Теперь это был сад.

Красный, пульсирующий сад.

Земля была покрыта ковром из алых цветов,похожих на маки, но с глазами в центре бутонов. Деревья (мутировавшие остовы ЛЭП) были оплетены лианами, с которых капала кровь.

В небе висели не тучи, а живые облака из спор.

— Что это? — прошептал Волков, вылезая из своего лимузина (который чудом проехал). — Где мы?

— Мы дома у Лилит, — ответил я, перезаряжая пистолет. — Она не просто вторглась. Она терраформировала Пустошь под себя.

Впереди, на холме, стояла Она.

Лилит.

В своей истинной форме.

Гигантская, высотой с десятиэтажный дом, фигура, сотканная из теней и красного света. У неё было шесть рук и корона из рогов.

Вокруг неё стояла армия.

Тысячи «Детей». Мутанты всех форм и размеров.

Они ждали нас.

— ВЫ… ПРИШЛИ… — голос Лилит громом прокатился над равниной. — В МОЙ… САД.

— Мы пришли его прополоть, — я поднялся на крышу «Мамонта».

Рядом встали Анна, Борис и Легион.

Четыре всадника моего личного Апокалипсиса.

— Внимание всей колонне! — скомандовал я. — Боевое построение «Клин»! Танки — вперед! Рой — по флангам! Паладины — щит!

Я посмотрел на Лилит.

— Ты хотела войны, сука? Ты ее получишь.

Я поднял руку.