Книга Протокол «Изнанка», страница 106 – Виктор Корд

— Элемент чего? Твоего безумия?

— Моего Уравнения.

Он щелкнул пальцами.

Пространство вокруг нас изменилось. Черное небо исчезло. Вместо него над головой закручивалась воронка. Гигантская спираль из цифр, рун и ДНК. Она уходила вверх, в бесконечность, пробивая ткань мироздания.

В центре этой воронки зияла дыра. Абсолютная Пустота.

— Врата, — прошептала Анна, опуская меч. Её лицо побелело. — Ты открываешь проход не в Изнанку. Ты открываешь проход… наружу. За пределы нашего мира.

— Именно, — кивнул Пророк. — Изнанка — это просто предбанник. Склад запчастей. Настоящая сила — там. В Пустоте, где нет законов физики и магии. Где мысль становится материей мгновенно.

Он указал на меня длинным, суставчатым пальцем.

— Я построил Систему. Я собрал энергию миллионов жизней. Но мне нужен Драйвер. Тот, кто сможет удержать этот поток и не сойти с ума. У меня нет души, Виктор. Я — алгоритм, натянутый на воспоминания мертвеца. А у тебя… у тебя душа такая плотная, что она прожгла твое старое тело.

Он протянул руку.

Ладонь была раскрыта. На ней плясали искры создания.

— Слейся со мной. Добровольно. Стань ядром этой конструкции. И мы перепишем этотмир. Никакой Империи. Никакой Гнили. Только мы. Боги нового Эдема.

— А если я откажусь?

— Тогда я разберу тебя на запчасти. Извлеку твою душу, как жемчужину из устрицы, и вставлю её в слот принудительно. Будет больно. И ты потеряешь «Я».

Я посмотрел на своих спутников.

Борис. Анна. Легион. Лилит, пытающаяся собрать себя по кускам.

Если я соглашусь — они выживут?

Нет. В мире Пророка нет места для «других». Только для «Нас».

— Звучит как отличный бизнес-план, Граф, — я улыбнулся. — Но есть нюанс.

— Какой?

— Я не работаю по найму. Я — частный практик.

Я сунул руку в карман.

И сжал Черный Кристалл. Память Отца.

Это был не просто камень. Это был вирус. Эмоциональный вирус, который Пророк отбросил, чтобы стать совершенным.

— ЛЕГИОН! — заорал я. — ЩИТ!

Химера среагировал мгновенно. Он прыгнул, закрывая меня своим телом.

Я выхватил кристалл и швырнул его в лицо Пророка.

— ЛОВИ ПРИВЕТ ОТ ПАПЫ!

Кристалл ударил в обсидиановую маску.

ДЗЫНЬ.

Он не отскочил. Он впитался.

Черная поверхность лица Пророка пошла рябью.

Воспоминания Павла Кордо — любовь к сыну, боль потери, страх, надежда — ворвались в холодный код Системы.

— ЧТО… ЭТО… — голос Пророка исказился. Стерео сменилось скрежетом. — ДАННЫЕ… НЕКОРРЕКТНЫ… ЭМОЦИИ… ОШИБКА…

Он схватился за голову всеми четырьмя руками.

Нимб за его спиной задрожал. Воронка в небе начала пульсировать нестабильно.

— БЕЙ ЕГО! — крикнула Анна.

Она вложила последние остатки сил в меч.

Луч света ударил Пророка в грудь. Броня треснула, из неё брызнул свет.

Борис взревел, активируя ускорители на ногах. Он взлетел на три метра и обрушил свою живую стальную клешню на колено гиганта.

ХРУСТЬ.

Нога Пророка подогнулась.

Он упал на одно колено, сотрясая платформу.

— ВЫ… МУРАВЬИ… — прорычал он.

Ударная волна Тьмы отбросила нас всех к краям платформы.

Меня протащило по стеклу метров десять. Спина горела.

Пророк начал подниматься. Дыра в его груди затягивалась на глазах. Кристалл Отца лишь замедлил его, но не остановил.

— Эмоции — это слабость, — его голос снова стал холодным. — Я удалил этот файл.

Он поднял руку.

Воронка в небе загудела. Из неё начал опускаться Луч.

Черный, как сама смерть.