Книга Протокол «Изнанка», страница 105 – Виктор Корд

— Мы были заняты, — я сделал шаг вперед, чувствуя, как Ожог Империи на руке начинает вибрировать, предупреждая о запредельном уровне угрозы. — Пропалывали твой огород.

Пророк улыбнулся.

Улыбка Орлова. Высокомерная, снисходительная. Та самая, с которой он когда-то предлагал мне бокал коньяка, планируя мою смерть.

— Огород… — он хмыкнул. — Ты всегда мыслишь так узко, Виктор. Грядки, сорняки, ампутация. Ты видишь грязь там, где я вижу архитектуру.

Он сделал жест рукой.

Пол под нашими ногами стал прозрачным.

Мы увидели кратер под собой. Битву.

Миллионы тварей, рвущих друг друга. Вспышки выстрелов. Белые пятна Паладинов, горящих в океане тьмы.

— Смотри, — сказал Пророк. — Это не хаос. Это процесс компиляции. Я собираю данные. Каждая смерть внизу — это байт информации, который делает Систему совершеннее. Боль — это просто сигнал об ошибке, которую нужно исправить в следующей итерации.

— Ты называешь геноцид отладкой кода? — Анна вышла вперед. Её меч гудел, но свет его казался тусклым на фоне мощи Пророка. — Ты осквернил саму суть Жизни!

Пророк перевел взгляд на неё.

В его глазах не было ненависти. Только скука.

— Анна Каренина. Магистр неудавшейся Гильдии. Ты пыталась законсервировать мир в формалине «Чистоты». Я же предлагаю ему мутацию. Рост. — Он наклонил голову. — Твой «Свет» — это всего лишь радиация определенного спектра. И я давно научился её переваривать.

Вдруг Лилит, которая пряталась в моей тени, зашипела и рванулась вперед.

— ОТЕЦ! ТЫ ОБЕЩАЛ НАМ МИР! А ДАЛ НАМ ЦЕПИ!

Она прыгнула. Быстро, как атакующая кобра. Тень превратилась в лезвие, нацеленное в горло гиганта.

Пророк даже не шелохнулся.

Он просто посмотрел на неё.

Один короткий взгляд.

Лилит замерла в воздухе.

Её теневая форма начала… распадаться. Пикселизироваться. Она закричала, но звук исчез, стертый из реальности.

— Плохая дочь, — вздохнул Пророк. — Я дал тебе свободу воли, а ты потратила её на обиды.

Он щелкнул пальцами.

Лилит отбросило назад. Она врезалась в невидимую стену на краю платформы с тошнотворным звуком удара сырого мяса о стекло. Её тело мигнуло, становясь полупрозрачным, затем снова обрело плотность. Она пыталась встать, но её конечности дрожали, рассинхронизированные с реальностью.

— Глюк в системе, —констатировал Пророк, даже не глядя в её сторону. — Раздражает, но не критично.

— Ты убил её? — Борис шагнул вперед, закрывая меня своим стальным корпусом. Его пулемет, погнутый и бесполезный как огнестрел, теперь служил ему дубиной.

— Я поставил её на паузу. У нас семейный разговор, и я не люблю, когда дети перебивают.

Пророк повернулся ко мне. Четырехметровая статуя из черного света сделала шаг, и платформа под нашими ногами завибрировала, словно мы стояли на диффузоре гигантского сабвуфера.

Он наклонился. Его лицо — лицо Орлова — оказалось на уровне моего.

Я видел в его черных глазах отражение своего нового тела.

Идеального. Молодого.

— Ты прекрасно выглядишь, Виктор, — произнес он. — Этот костюм… он жмет в плечах?

— Немного, — я не отводил взгляд. [Мана: 150/500]. Мало для атаки, но достаточно для щита. — Ты сшил его для себя. Жаль, что размерчик не подошел.

— О, он подошел идеально. Просто я нашел… более вместительную оболочку. — Он развел руками, охватывая весь кратер, весь мир. — Но ты здесь не для того, чтобы обсуждать моду. Ты здесь, потому что ты — последний элемент.