Книга Код доступа, страница 93 – Виктор Корд

[Оружие: Тяжелый излучатель кинетики «Вулкан-2».]

[Тип боеприпаса: Иглы из обогащенного вольфрама + Капсулы с «Нулификатором».]

[Скорострельность: 3000 выстр/мин.]

Клин нажал на гашетку. Блок из шести стволов раскрутился с характерным визгом турбины.

ДЗЗЗЗЗТ!

Звук был похож на разрываемую гигантскую простыню. Поток раскаленных игл ударил в бетонную плиту толщиной в полметра, установленную в пятидесяти метрах.

Плита не треснула. Она просто исчезла в облаке пыли, превратившись в мелкий гравий за две секунды.

— Ну как? — спросил я, когда пыль начала оседать, а стволы пулемета светились вишневым цветом.

Сержант развернулся. Его тяжелый шлем сдвинулся, открывая потное, но счастливое лицо.

— Это… божественно, босс. Отдачи почти нет — магнитные компенсаторы гасят всё. С этой штукой я могу выйти один на один против танка. И я поставлю на то, что танк проиграет.

— Танков там не будет, Борис. Там будет кое-что похуже. Танк можно взорвать. А то, что ждет нас в «Серой Зоне», может быть вообще нематериальным.

Я жестом пригласил их следовать за мной в командный отсек.

Нам предстояло утвердить план. Самый рискованный план в моей новой жизни.

Мы собрались вокруг голографического стола. Я вывел карту Подмосковья.

Большая часть карты была зеленой. Но на юго-западе, там, где раньше были элитные поселки и леса, теперь расплывалось серое, мутное пятно помех.

— «Серая Зона», — начал я. — Официально — территория экологического бедствия после аварии на химическом заводе двадцать лет назад. Реально — эпицентр проклятия, уничтожившего род Волковых.

Я увеличил изображение. В центре зоны, среди искаженного, почерневшего леса, стоял особняк. Даже на спутниковом снимке он выглядел неправильно. Его геометрия словно «плыла», углы не сходились, тени падали не в ту сторону.

— Моя мать оставила подсказку, — я коснулся кольца на пальце. — Вторая часть Ключа там. В подвалах. Но Волковы не просто умерли. Тамцарит «Хроно-сдвиг». Время там течет иначе. Пространство зациклено. Это ловушка для разума.

— И как мы туда попадем? — спросила Инга, нервно потирая свою металлическую руку. — Техника там сходит с ума. Электроника горит.

— Обычная электроника — да, — я вывел схему наших новых чипов. — Но мы используем фотонные процессоры. Свету плевать на магию искажения. Мы не берем с собой сложную технику навигации. Мы идем по визуальным ориентирам. И мы берем костюмы класса «Призрак».

— Кто идет? — Клин поглаживал шлем.

— Только мы втроем. И четыре Синтета как грузовая и огневая поддержка. Плюс два дрона-разведчика «Химера» (четвероногие платформы).

— Мы не армия вторжения, — продолжил я, глядя в глаза своим людям. — Мы хирурги. Мы заходим тихо, вырезаем опухоль (забираем Ключ) и уходим. Никаких лишних боев. Никакого геройства.

— А если нас встретят? — спросил Клин. — Говорят, там бродят призраки Волковых. Неупокоенные души.

— Если встретят — мы объясним им, что мертвым положено лежать в земле. А если не поймут… — я положил руку на кобуру с «Медведем», заряженным патронами с солью и серебром (на всякий случай). — У нас есть аргументы.

Я помолчал, собираясь с мыслями.

— Есть еще одно. Мой отец.

Инга напряглась.

— Что с ним?

— Граф Морозов передал свежие данные разведки. Князь Бельский закрыл свое поместье «Куполом Отчуждения». Он отрезал себя от мира. Имперская Гвардия оцепила район, но внутрь войти не может — любой, кто пересекает черту, падает замертво или сходит с ума.