Книга Протокол «Вторжение», страница 44 – Виктор Корд

Голем поднял свой огромный металлический кулак и опустил его на мага.

Просто вбил его в пол вагона, превратив в мокрое пятно вместе с его хваленой каменной броней.

[Угроза устранена.]

Я поднялся, отряхиваясь.

Робот стоял, дымясь. Его грудная клетка была разворочена, но реактор цел.

— Спасибо, железный, — я похлопал его по ноге. — С меня новое масло.

— Босс, наверху чисто! — голос Клина. — Я сбросил оставшихся. Они летать не умеют.

Я выбрался на крышу.

Ветер стих. Мы выехали из ущелья на плато.

Позади, на скале, осталисьфигурки магов-координаторов. Они провожали нас взглядами, понимая, что упустили добычу.

— Катя, — я вышел на связь. — Что с магическим фоном?

— Чисто. Они отстали. Мы вышли из зоны их влияния. Но, Макс…

— Что?

— Впереди еще хуже. Я вижу… искажение. Огромное. Километров через сто.

— Это Урал-4?

— Нет. Это Зона «Слезы». Город, который провалился во времени. И рельсы идут прямо через него.

— Объехать можем?

— Нет путей.

— Значит, едем насквозь.

Я посмотрел на дыру в крыше грузового вагона.

Мы отбились. Но цена растет. «Левиафан» получает шрамы.

Но шрамы украшают воина.

— Инга, выпускай ремонтных дронов. У нас час спокойной езды. Потом начнется чертовщина.

Поезд, лязгая и дымя, уходил в закат, оставляя за собой тела врагов и разрушенные скалы. Мы приближались к эпицентру тайны, и каждый километр стоил нам крови.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

ЧИТАТЬ ПЕРВЫЙ ТОМ БЕСПЛАТНО ЗДЕСЬ: https://author.today/work/514429

Поезд въезжал в осень.

Буквально секунду назад за бронестеклом рубки стояла глухая, черная уральская ночь, разрываемая лишь лучами наших прожекторов. И вдруг мир моргнул.

Темнота сменилась серыми сумерками. Зеленая хвоя на деревьях вдоль путей мгновенно пожелтела, высохла и осыпалась дождем, который застучал по обшивке локомотива. Асфальт старой дороги, идущей параллельно путям, покрылся трещинами, из которых проросли деревья, а затем рассыпался в прах.

— Хроно-сдвиг, — констатировала Катя. Она сидела в кресле навигатора, вцепившись в подлокотники так, что побелели костяшки пальцев. Диадема на её лбу сияла ровным белым светом — режим максимальной стабилизации. — Мы пересекли горизонт событий Зоны.

— Показатели? — спросил я, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. Это было похоже на морскую болезнь, только укачивало не вестибулярный аппарат, а само восприятие реальности.

— Время течет нелинейно, — голос Инги из лаборатории звучал с задержкой, словно через испорченный динамик. — Атомные часы рассинхронизированы. На носу поезда сейчас 14:00, а в хвостовом вагоне — 14:00… вчерашнего дня. Мы растянуты во времени, как жвачка.

Я посмотрел на свои руки. Кожа на мгновение стала прозрачной, просвечивая вены, потом покрылась старческими пигментными пятнами, потом вернулась в норму.

— Всем принять «Хроно-блокаторы»! — скомандовал я, доставая из аптечки шприц с серебристой жидкостью (стабилизатор нейронных связей, который мы синтезировали по рецептам архивов Волковых). — Иначе через час мы забудем, кто мы и куда едем.

Укол принес ясность. Головокружение отступило.

Мы въезжали в город.

На картах его не было. Но в реальности он существовал — призрачный мегаполис советской эпохи, застывший в моменте своей гибели. Панельные пятиэтажки с пустыми окнами, широкие проспекты, заваленные остовами "Волг" и "Москвичей".