Книга Протокол «Вторжение», страница 36 – Виктор Корд

— Я слышала про это место от старых сталкеров. Они называли его «Кладбище Времени». Говорили, что там поезда приходят на станции, которых нет на картах. И пассажиры выходят из вагонов молодыми, хотя сели стариками. Или наоборот.

— Сказки, — отмахнулся я. — Временные петли — это побочный эффект работы мощных генераторов Предтеч. Искажение метрики.

— Может и сказки… — она повернулась ко мне. Её глаза, обычно живые и наглые, сейчас были темными, расширенными. — Но я слышу, как лес боится.

— Чего он боится? Нас?

— Нет. Того, что летит над нами.

Я резко поднял голову.

Небо было затянуто низкими тучами. Серое, свинцовое месиво. Ничего не видно.

— Катя! — я активировал связь. — Сканируй верхнюю полусферу! Что у нас над головой?

— Чисто, — отозвалась Волонская из рубки. — Радары молчат. Магический фон… погоди. Есть возмущение. Высота десять километров. Слой стратосферы.

— Что там? Спутник? Азиатский крейсер?

— Нет металла. Нет электроники. Это…органика. Огромная масса органики.

— Рысь права, — прошептал я. — Кто-то пасет нас.

Я встал, всматриваясь в тучи. Мой визор переключился в режим тепловизора, затем в спектр маны.

Там, высоко в небе, сквозь разрывы облаков, я увидел Тень.

Она была гигантской. Размах крыльев — метров сто. Форма напоминала ската или виверну, но тело было полупрозрачным, словно сотканным из тумана и электричества.

«Небесный Кит». Или «Стратосферный Пожиратель». Легендарные мутанты, о которых писали в учебниках по ксенобиологии как о вымерших. Они питаются грозами и маной.

— Он нас видит? — спросил я.

— Он чувствует реактор, — ответила Катя. — Для него мы — горячая котлета на тарелке. Но он не нападает. Пока. Он ждет, когда мы остановимся.

— Тогда мы не остановимся.

Я вернулся в вагон.

— Клин! Усилить вахту на ПВО! Зенитные ракеты в боевое положение. Если эта тварь снизится ниже трех километров — сбивать без предупреждения.

— Понял, босс. Охота на драконов? Я в деле.

Вечер прошел в напряжении. Тень в небе продолжала следовать за поездом, скрываясь в облаках. Это давило на психику. Мы были маленькой железной гусеницей, ползущей под прицелом хищника.

Я вернулся в мастерскую. Чтобы успокоиться, нужно занять руки.

[Доступно сырье: Титан, Обедненный уран, Кристаллы кварца.]

[Очередь производства: Боеприпасы класса «Вулкан» (бронебойно-зажигательные).]

Я запустил Модуль.

Но вместо патронов я решил сделать кое-что другое.

Я вывел чертеж на голограмму.

Дрон-разведчик нового типа. Не «Оса», которая живет полчаса. А «Ястреб».

Автономный планер с солнечными батареями и системой маскировки.

— Система, синтез. Корпус — углепластик. Оптика — выращенный кристалл.

Модуль загудел.

Нам нужны были глаза в небе. Если Доминион уже на Урале, они наверняка заминировали подходы. Нам нужно видеть дальше, чем бьют наши радары.

Пока принтер печатал крылья дрона, ко мне подошла Катя.

Она сняла свой летный шлем, и волосы рассыпались по плечам. Диадема все так же сияла на лбу.

— Ты устал, Максим. Твоя аура похожа на ежа. Сплошные иглы.

— Я не устал. Я сосредоточен.

— Ты боишься не того, что в небе. Ты боишься того, что внутри тебя.

Она села на край стола, игнорируя правила техники безопасности.

— Ключ. Кольцо. Оно меняет тебя.Я вижу это. Твой разум становится… структурированным. Слишком логичным. Ты теряешь человечность.