Книга Химера, страница 56 – Александр Лонс

— Ты-то знаешь, что я ни во что не верю, — пояснил я, наливая себе кофе. — Меня волнует настроение масс.

— Да теперь про тебя все уже знают, тоже мне удивил, — пробурчал Олег. — А для меня скорее стоит вопрос: чего в жизни больше — необходимости или случайности? Но я сам ответа не знаю… Еще… Пока.

— Помнится мне кто-то, когда-то говорил: случайность правит миром, — охотно поддержала беседу Машенька. — Да, пожалуй, главное в жизни — необходимость, как в «Трех Королях».

— В каких еще трех королях? Миром правит случайность, — наставительно заявил Олег, — которая является следствием необходимости. Хотя здесь термин «следствие» было бы не совсем корректно использовать, но все же… Раз уж такие слова помянули… Еще бы про любовь вспомнили!

— Случайность, — возразила Машенька, — частный случай закономерности. А насчет суеверий… Суеверия тоже бывают разные. Вот в черных кошек я не очень верю, но некоторые суеверия научно обоснованны. Факт. Вот вы, например, знаете, почему перед сильной грозой часто снятся давно умершие родственники? Есть также примета, что покойные родичи снятся на снег или просто на смену погоды… Причем сбывается часто! Тебе кофе налить? А сколько сахару?

Повисла пауза. Первым не выдержал Олег:

— Машенька, ну не томи, говори! — притворно взмолился он. — Тебе снятся покойные родственники, да? Налей, и кинь три кусочка.

— А мне не снятся, — сказал я. — Вернее снятся, но не родственники, да и к грозе это отношения не имеет.

— Может она идет где-нибудь, но очень-очень далеко-далеко? — с надеждой спросил Олег.

— А перед грозой… — начала было что-то говорить Машенька, размешивая сахар в чашечке, но тут дверь неожиданно открылась, и вошел Павел — наш дизайнер-визуализатор и по совместительству «железник». Вид у него был какой-то встрепанный, даже очки сидели криво. На середине лба красовалась наклейка из пластыря. Все сразу же уставились на него.

— Комрады! — возопил он прямо с порога, — ни у кого нигде не завалялось процового кулера под семьсот семьдесят пятый сокет? Ну, пусть даже самого стремного, главное, чтоб работал!

— Не, такого дерьма не держим-с. Хочешь с нами кофе? — Сказал я, салютуя своей кружкой.

Павел кофе хотел, поэтому сразу же отыскал своюкружку и присоединился к нашей компании. Кружка у него была большая, белая, с неприличной надписью на английском языке, чем Павел чрезвычайно гордился. Этот полезный бытовой предмет ему торжественно вручил на прошлый Новый Год сам генеральный, который любил устраивать дешевые праздничные корпоративки за счет фирмы.

— …а перед грозой, — продолжала свою мысль Машенька, снова поворачиваясь в нашу сторону, — меняется атмосферное давление, температура и влажность. Сон становится более глубоким, соответственно, всплывают более давние сюжеты и лица. Необязательно умершие родственники, но часто именно они… А вот увидеть во сне, как дарят новые слаксы — означает, что кто-либо из товарищей по работе станет распускать грязные сплетни и с любимым попытается поссорить, вот.

— Машенька, а ты где такое услышала?

Слушая веселую и какую-то абстрактную болтовню своих подчиненных, я в который уже раз ощутил неприятный груз ответственности за этих людей. Возможно, кому-то такие ощущения и нравятся, многим импонирует внушать трепет подчиненным и ощущать в себе начальственную власть, но я очевидно не из их числа. Мне такое занятие не то чтобы противно, для меня это тяжелая малоприятная обязанность, от которой никуда уже не деться. Мой крест, который приходится нести.