Онлайн книга «Привратник мифа»
|
Далее моя собеседница привела несколько конкретных убедительных примеров, которые я не берусь здесь повторить. Не потому, что не помню, и не потому, что не согласен, а исключительно из соображений религиозной корректности. Потом спросил: – А эти ваши слова случайно не оскорбляют чувств верующих? – Ты верующий? Нет? Так что никаких оскорблений и никаких верующих. Чисто теологические рассуждения, ничего более… – А можно попросить показать что-нибудь? – Мы не в цирке, – поджала губы старуха. – Я не хотел вас обидеть, просто мне безумно интересно. – Ну раз безумно… Тогда смотри. Один раз покажу, так уж и быть. Она вытащила откуда-то из складок платья длинную узкую трубку, похожую на бамбуковую палку с наконечником в виде небольшого деревянного шарика и двумя торчащими из него перьями, и приложила к моему лбу. Почти сразу ощутил лёгкое покалывание в глазах, но, как я ни старался, ничего больше не произошло. Тогда Людмила Владимировна повторила действия с трубкой, но глаза велела закрыть, сосредоточиться и подумать о ветре. Только я это сделал, в лицо сразу пахнуло холодным сквозняком. «Что такое? – думал я. – Здесь же нет никакого ветра». После чего открыл глаза и стал внимательно вглядываться в возникший непонятно откуда клубящийся туман, окружающий меня. Никакого запаха, это был именно туман, а не дым. В этих клубах я заметил маленькую искорку света, которая всё больше вытягивалась, пока не превратилась в тонкую светящуюся струну, тянувшуюся от моей головы к трубке. – Это что? – спросил я, продолжая наблюдать за нитью. – Откуда? – Здесь есть всё. Смотри! – велела Людмила Владимировна. – Ты уже начинал правильновидеть, когда появился здесь. Попытаюсь тебе объяснить… Не буду стараться передавать её объяснения. Ни к чему это, да и не нужно. Говорили мы ещё долго, а когда тема истощилась и разговор уже приближался к концу, я сказал: – Людмила Владимировна, извините, пожалуйста, но, прежде чем уеду, не расскажете о себе? – Не наглей. – Просто может случиться так, что и не увидимся никогда. – И что с того? Ну не увидимся. Для чего тебе слушать воспоминания старухи? – Это зря вы так. Вы не старуха. Вы, извините за прямоту, много видевшая в жизни сильная, мудрая женщина. Чувствую, что ваших знаний хватило бы на целую библиотеку. – Разве что на очень большую, – «скромно» кивнула моя собеседница. – Научился нельстивые комплименты говорить. Людмила Владимировна, по своему обыкновению, немного подумала-подумала и приняла какое-то решение. Похоже, мой вопрос не показался ей ни особо бестактным, ни неуместным. – Рассказать-то оно, конечно, можно… Только чуть-чуть, самую малость. Всё это так давно случилось, что вспоминать странно. Совсем молодой меня выдали замуж за одного северокавказского князя по имени Руслан. Папаша мой в перерыве между пьянками как раз задумал религиозную реформу в своём княжестве провести. Но тут вмешался, как его теперь у нас называют, Кощей Бессмертный и помог мне сбежать. На самом-то деле он рыцарь древнего рода и звали его Кнохиг Унстерблих, происходил из германских земель. Не ведаю, таково ли его прирождённое имя, я знала его только так. Так и звала – Кнох. Ни бессмертным, каким его изображают в литературе, ни патологическим злодеем он никогда не был. Костлявым тоже назвать его было сложно. Конечно, на фоне тогдашних пузатых красномордых мужиков он выглядел худым. Сейчас сказали бы, что у него спортивное телосложение. Злобным карликом с длинной бородой он тоже никогда не являлся. Через какое-то время Руслан на нас всё-таки вышел. Кощея он обманул и привёз меня обратно к отцу. На этом, собственно, биография моя могла бы и закончиться, если б не те премудрости, коим Кощей успел меня обучить. Сбежала я и потом долго пряталась. Меня искали. Сначала Руслан (чтоб ему на том свете икалось!), потом отец мой, после – бояре его да появившие ся у нас церковники. А Кощей… Мы с ним ещё раньше познакомились и полюбили друг друга. Надо сказать, что за долгую историю его образ многократно очерняли и в итоге оболгали до неузнаваемости. А вообще, у него было множество разных имён. Его знания поражали. Он много странствовал, много где бывал, много видел и много у кого учился. Участвовал в Крестовом походе. Потом чем-то не потрафил Балдуину Первому, королю Иерусалимскому, был ранен, излечился и скрылся из тех мест. Но не навсегда. Временами приходилось ему туда возвращаться, чтобы силы свои восстанавливать и жизнь продлевать. Меня он тоже кое-чему обучил, но если он сам не старел совсем, то я хоть и прожила почти тысячу лет, всё-таки старухой сделалась. От былой красоты и следа не осталось. Чувствую, ко мне смерть подкрадывается на своих мягких лапах. Но это сейчас, а тогда молодая была, весёлая, даже когда мы с Кнохом расставались. Но тяжело приходилось. Хочешь быть рядом с человеком, но понимаешь, что это невозможно, а хочется этого прямо до скрежета зубовного. Потом проходит, остаётся лишь жуткое воспоминание, а когда забываешься после многочасовой бессонницы, он снится, а сны такие лёгкие… Что-то меня к старости на давнишние сантименты тянуть стало. Стареть-то только к восемнадцатому веку начала, а тогда приходилось прятаться. Всем что-то вечно от меня надо было, колдуньей считали, ведьмой. Ты-то хоть понимаешь, что это не одно и то же? Вот и славно. Где я только не скрывалась… |