Книга Эффект, страница 137 – Александр Лонс

– …А потом, – продолжила Лин, – в тот самый день, когда мы с тобой встретились, я поняла, что не смогу без тебя. Боялась, что будешь смеяться надо мной, но уйти уже не получалось. Вернее, я сама не хотела. А ты… ты оказался очень искренним и отзывчивым. В отличие от всех прочих, тебе было наплевать на мой протез. Ты обнял меня, поцеловал в лоб, а потом сказал: «Я не забуду тебя никогда». Помнишь?

– Помню, конечно. А потом ты спросила: «Поверишь, что я тоже не забуду тебя?» – и я поверил.

– Я жила в постоянном страхе, что владелец пульта возьмёт управление рукой или введёт код уничтожения и произойдёт взрыв. Да и мало ли кому в руки мог попасть тот пульт.

– Вот этот? – я вытащил из потайного кармана комбеза маленькое устройство, некогда отобранное у того самого хедхантера и с тех пор валявшееся у меня по карманам. Сейчас оно удобно помещалось на ладони. – На, владей. Прежний хозяин уничтожен.

Лин тут же схватила приборчик и стала его внимательно разглядывать. Как говорили в старых романах, на лице отразилась буря эмоций. А потом девушка заплакала. Лин? Заплакала? Она что, умела плакать?

– Бедная ты моя, – произнёс я. Обнял девушку и прижал к себе. – Сколько же всего натерпелась.

– Только вот не надо меня жалеть, – медленнее, чем могла, отстранилась от меня Лин. – Терпеть этого не могу. До розовых соплей довёл, зараза такая. Как это тебе удалось?

Девушка всё ещё вертела в руках полученный от меня пульт.

– Как удалось что? – переспросил я.

– Пультом завладеть. А ты что подумал?

– Ну, так и завладел. Оказался я в банде. Получил ограниченную возможность перемещаться по Свободной территории. Встречаться с самыми разными людьми. Расставил несколько эффективных ловушек с самим собой в качестве приманки. Конечно, я рисковал, но меньше, чем кажется. Кто-то должен был клюнуть, вот он и клюнул. Причём не один. Этот твой Пит Одинар, он же Нихон Хинос, сам на меня вышел, когда я тихо и мирно сидел в фойе у выхода с арены для боёв. Вообще, будь у меня времени побольше, аккуратнее можно было бы сработать. Что уж теперь… Слушай, – решил я сменить тему, – а почему тебя называют Изменницей Лин?

– Кто называет? – Лин внимательно посмотрела на меня, и её глаза сощурились в узкие щёлочки.

– Эти. В «Бригаде» которые.

– А, ну так я же говорила, что после увольнения из сил обороны я вступила в «Бригаду Бесконечного проспекта». Потом довольно быстро перешла на службу в Администрацию. По понятиям «бригадников», это и есть измена. Так что теперь со мной будет? Расскажешь шефу?

– Нет. Я, знаешь ли, много чего имею сказать шефу. В основном нецензурного. Стандартный отчёт уже написал, и там лишь то, без чего не обойтись. Выглядит так, будто не всё у меня получилось гладко. По официальной версии, секретную информацию бандитам сливал сам искин – из-за сбоев в его электронном мозгу, а также из-за идиотских директив, полученных от городского начальства. Сейчас, когда в Администрации немного прозрели, искин уже перезагрузили и лишнюю информацию затёрли, так что теперь никто ничего уже не докажет. Эти, из Администрации, они же сами оказались замазаны по самые уши, вот и решили за собой подчистить. Ты в отчёте не упоминаешься.

– Спасибо! А это прокатит?

– Да не вопрос. Тут обстоятельства совпали. Передача ряда административных функций искусственному интеллекту и решение о чистоте языка. Придумали тоже – чистота языка! После того как искин проявил инициативу и взял на себя управление социальными нейроимплантами агентов, всё и случилось. Поэтому-то те и начали писать на языке классической литературы. Потом тот же общегородской искин, не удовлетворившись работой некоторых из них, дал приказ своим марионеткам. Тем, кто под полным подчинением находился. Они и ликвидировали неподходящих, по мнению искина. Это я тоже написал в отчёте для шефа.