Книга Темный флешбэк, страница 82 – Александр Лонс

– Не нуди. Сам-то ты как? – Брэда почему-то сильно заинтересовала эта тема. И чего он ко мне пристал? Я что сюда, пьянствовать пришел? Или, может, вести арт-диспуты? – Что думаешь?

– А что я? – я делано засмеялся, добавил еще льда в стакан и стал размешивать. – В первом случае ясно. Для меня в искусстве нет другой дороги, кроме сюрреализма. А вот во втором… с этим толстяком… Вообще-то лично не считаю таких авторов талантливыми, но не мне судить. В лучшем случае они просто хорошие ремесленники. Но знаешь, – я снова пожал плечами и, криво усмехнувшись, сделал глоток, – очевидно, это мнение слишком устарело. Что делать, Брэд, по-видимому, я несколько поспешил с появлением в этот мир. Рано родился. Похоже, что мы с тобой установок современного зрителя не понимаем.

Брэд молчал, подкидывая на ладони блестящую зажигалку в форме фаллоса.

– Черт его разберет, – задумчиво сказал он, бросив наконец зажигалку на стол, – но я не считаю нужным всех в одну кучу валить. Среди, как ты говоришь, «зрителя» тоже попадаются разные типы. Одни любят сюрреализм, другие вообще ничего не любят, а только за модой следят. Это новомодное увлечение сверхреализмом, должен сказать, как-то до меня не доходит. Не верю я в него. Какое тут может быть искусство? А? Это, скорее всего, просто погоня за престижем. Покупают, потому что некто важный и влиятельный сказал, что круто и модно. Обеспеченные люди в искусстве обычно хреново разбираются – люди моего типа, хочу я сказать, – а покупают они то, что покупают все. То, что престижно, и тут без вариантов. Понятно, есть и какие-то другие… У меня вот, как ты знаешь, много всяких разных знакомых, и среди них очень обеспеченные люди есть, по-настоящему обеспеченные даже по заокеанским масштабам. Ну у них тоже все это современное реалистическое дерьмо висит, но где? Там, где всякий приходящий народ тусуется. На виду, понимаешь? Взять хотя бы аксакала, – он назвал фамилию, – знаешь, небось, фармацевтический король? У него еще здоровенные такие рекламы на крышах домов…

– Ну да, видел, конечно. И что?

– Просто вспомнилось, – усмехнулся Брэд. – Так вот, у старика одна из первейших в мире коллекций Сальватора Дали.

– Сальвадора Дали, – невольно поправил я.

– Ладно, пускай так, ты вообще на мое произношение плюнь, я ведь академиев не кончал. Так вот я и говорю: у старика коллекция – одна из лучших в мире. Все подлинники, я-то у него в загородном доме был, в интимной, так сказать, обстановке, все сертификаты видел. Посторонние там вообще не бывают, так что разыгрывать из себя «передового» ему там не перед кем. Ну перед очередной шлюхой разве что. А в городском доме все это дерьмо висит – современный реализм. Старец сам мне жаловался – я, говорит, когда мимо хожу, глаза жмурю, от одного взгляда тошнотворно делается. А сколько миллионов кредитов он в это дело вбухал? Для чего? Чтобы прогрессивным прослыть, модным и современным, только и всего. Ни для чего больше.

– Ладно, все это, конечно, очень даже интересно и замечательно. Да и выпивка у тебя классная, а вот по делу-то что? – с надеждой спросил я.

– Ты погоди-ка, что-то опять стаканы наши пустуют… – произнес Брэд, разливая новую порцию своего пойла. – Так вот, по нашему делу. Нету у меня для тебя инфы, извини. Когда я тебе звонил, думал, что есть, а оказалось – нет. Но слухай сюда. Я специально тебя к себе позвал – тут ни жучков, ни клопов нет, не пишут нас и не прослушивают. Так вот, есть один такой слушок, старый, но проверенный. Про Проводников. Может, знаешь?