Книга Темный флешбэк, страница 67 – Александр Лонс

– Сколько лет не виделись? Ну не дуйся ты, черт тебя побери, все уже позади, – я всеми своими силами старался его расшевелить и вселить уверенность. – Если договоримся, конечно. Давай, располагайся. Рассказывай, куда тебя занесло на этот раз?

– Три года мы не виделись. Слушай, хватит, а? – Алекс никак не мог расслабиться. Насколько я его знал, он всегда очень трудно менял свои настроения, тяжело прощал обиды и отличался исключительной злопамятностью, но все-таки откровенной неприязни в свой адрес я не ожидал. – Ты, я думаю, в курсе всех моих дел. Я устал, только что из предвариловки, и к тебе не на чай заглянул.

– О, хорошая идея, – сразу отреагировал я и вызвал свою секретаршу. Вообще-то она терпеть не может это слово – «секретарша», ибо она не секретарша, а секретарь-референт.

– Да, патрон? – быстро отозвалась Ингрид.

– Ингрид, сделай нам два чая, будь любезна.

– Как всегда, айс ти? – поинтересовалась моя помощница.

– Нет, горячего, заварного, – возразил я.

– Грей или, может быть, грин? – уточнила она. – А сколько и какой крепости? Сорт?

– Один без сахара – для меня, а второй с двумя ложками. Чай «Ахмад», высшей категории, серый, ручной сборки этого года. Крепость: двадцать и семьдесят пять соответственно. И еще что-нибудь перекусить к чаю.

– У меня сейчас остались четыре порции свежего «Птичьего молока», есть еще «Фругурт-пай» и «Авокадо-Лайф», – перечисляла Ингрид свои запасы. – Я бы посоветовала «Птичье молоко».

– Да, подойдет. Спасибо. Ингрид отключилась.

– Мой любимый чай? – Алекс наконец-то слегка оживился и немного оттаял. – Не забыл?

– На память не жалуюсь пока. Ну? Сейчас принесут… – Тут в дверь кто-то постучал. Я удивился, это еще не мог быть чай: рано еще, да и не ждал я никого больше. Поздновато для визитов: рабочий день закончен давным-давно. – Ого. Уже? Входите.

Вошел Макс Перкинс и почему-то с заговорщицким видом тихо прошептал мне в ухо:

– Патрон, тут к нам примчался лейтенант Гибсон из федеральной полиции и просит срочно его принять. Так и сказал – срочно принять. Сейчас он внизу, и вид у него очень возбужденный, будто жопа скипидаром намазана.

– Чего? Какого черта ему тут надо? – я очень удивился: от Криса Гибсона такой прыти ожидать было трудно. Обычно он раскачивался долго и со скрипом.

– Скандалит, требует вашего гостя назад, – тем временем шептал Перкинс, покосившись на Алекса, – говорит, что мешаете ему работать, а он по вашей вине теряет своего подследственного. Решать, конечно, вам, но я бы не стал его пускать. Он, судя по всему, неадекватен и, по-моему, нетрезв.

– Ну уж нет, это его трудности. Пусть ему выдадут пропуск, и я с ним сам поговорю.

– А куда его? – продолжал Перкинс мне на ухо. – В приемную? Или подержать пока в бюро пропусков?

– Сюда, ничего страшного, пусть прямо ко мне проходит. – Я повернулся к Алексу: – Так, сейчас придет один наш общий знакомый, и мы немного побеседуем. Недолго, я постараюсь от него быстро отделаться, а вот потом уже спокойно поговорим. Не торопясь.

– А это кто? – Алекс, судя по голосу, испугался.

– Сейчас, – ответил я, стараясь говорить как молодой психотерапевт-практикант, получивший первого в своей жизни больного. – Ты пойми, что этот чувак в своем праве, формально я не имею возможности ему отказать. Я даже обязан оказать содействие, но наша служба обладает приоритетом перед их конторой. Поэтому он может оспорить мои действия только по начальству, а начальству все это на фиг не надо, так что не дергайся, расслабься, и главное: не говори при нем ничего лишнего, понял?