Книга Темный флешбэк, страница 161 – Александр Лонс

Я не возмущался: ведь по закону кто угодно мог заявить об изнасиловании и показать пальцем на меня. А в моем случае все осложнялось большим количеством свидетелей: работники отеля, уборщицы, соседи – все видели, как девушки входили в мой номер, а потом выходили оттуда. Впрочем, следователь напомнил, что в моих интересах подать на них в суд за умышленную клевету с целью опорочить честь и достоинство гражданина, а вот это уже уголовно наказуемое деяние, и их запросто могут лишить свободы сроком до двух лет.

Как только я написал объяснительную и подписал все, что нужно, мне вернули одежду, мелкое карманное барахло, любезно разрешили сходить в туалет и выпустили на свободу. Я вернулся назад в гостиницу, а уже через пару часов сменил отель, сообщив об этом в полицию. Так, на всякий случай. С тех пор ни следователь, ни «потерпевшие» мне не звонили и никак не беспокоили. Я тогда практически не сомневался, что все экспертизы проведены и дело решили закрыть. И действительно, как позже стало известно, после медицинского освидетельствования и проведенных биологических тестов дело против меня было прекращено как из-за отсутствия прямых доказательств, так и оттого, что потерпевшие забрали свои заявления.

Я отбыл только половину из своего учебного срока, когда пришло уведомление из конторы. Как сообщалось в послании, кто-то пытался убить Лорен. Ее машину подожгли, и она с тяжелейшими ожогами доставлена в городскую клинику.

Как мог быстро я вернулся в отдел, а вечером уже говорил с врачом ожогового центра.

В официальной сводке сотрудники дорожной полиции сухо сообщили, что «…около девяти утра двигавшийся по проспекту в сторону центра Города автомобиль неожиданно загорелся. Все попытки потушить его имеющимися средствами на месте оказались безрезультатными. На место происшествия прибыл расчет в количестве одной пожарной машины, которому удалось потушить уже почти полностью сгоревший автомобиль. Впоследствии машину отбуксировали на обочину, а сотрудники дорожной службы очищают проезжую часть от частей сгоревшего автомобиля. В результате происшествия пострадала женщина, с тяжелейшими ожогами она доставлена в специализированное отделение одной из городских клиник».

Интересно… автомобиль неожиданно загорелся. С чего бы это он?

Я никогда не любил Лорен и даже побаивался ее. Она была маньячкой и убийцей. На ее счету значилось множество загубленных человеческих жизней. От своего неизлечимого пристрастия к наркотику четвертого поколения – нар джину – она спасалась единственным возможным, как ей казалось, способом – съедала живой человеческий мозг. Когда чаще, когда реже она ловила где-то на улицах Города одинокого молодого прохожего, пользуясь своим очарованием, завлекала его к себе домой и там, изображая садомазохистские игры, крепко фиксировала. Затем вставляла в рот кляп и аккуратно отпиливала крышку черепа. Потом обычной ложкой съедала еще живой мозг. От трупов избавлялась просто: расчленяла в ванной, перемалывала в бытовом утилизаторе и сливала в канализацию.

А мне, ради дела, приходилось смотреть на это сквозь пальцы.

Нельзя забывать, что эта женщина являлась одним из важнейших и наиболее дорогостоящих сотрудников моего отдела, я с ней немало поработал, много вложил и привык к ее обществу. Обладая врожденными способностями, она стала великолепным сотрудником. Она была дьявольски умна, экзотически красива, чрезвычайно технична. С ее помощью раскрыли столько дел, что спасли сотни, если не тысячи других жизней. Она являлась незаменимым шедевром спецмедицины, последним достижением научной мысли. На нее затратили столько средств, до такой степени напихали всяческими устройствами, что повторно осуществить такие расходы уже не позволил бы никто.