Книга BIG TIME: Все время на свете, страница 171 – Джордан Проссер

– Спасибо, что пригласили, Томас, – отвечает Джулиан.

– Но для начала давайте подобьем итоги. Неделю назад, сидя вот ровно на этом же самом месте, где вы сидите сейчас, вы озвучили суровое предупреждение жителям Ричфилда, штат Юта, разве нет?

– Все верно, Томас.

– И что же вы им сказали?

– Я им сказал, Томас, что серийный убийца, известный как «Ричфилдский потрошитель», в последующие несколько дней предъявит свои права еще на две жертвы.

– И предъявил?

– Увы, Томас, да – предъявил.

Томас Кабрера вскидывает другую бровь.

– И разумеется, наши глубочайшие соболезнования всем гражданам Ричфилда. Но что же еще вы предрекали?

Джулиан послушно пересказывает свое свидетельство прошлой недели.

– Я предвидел, что после двух последних убийств «Ричфилдского потрошителя» поймают и сорвут с него маску благодаря прилежанию и усилиям Управления шерифа округа Севиэр.

– Но вы зашли на шаг дальше этого, разве нет, Джулиан?

– Я определенно так и сделал, Томас. – (Джулиан слишком уж хорошо знал, что в его диалогах с Томасом Кабрерой есть что-то чуть ли не эротическое – какое-то задышливое, накаленное балансирование на самом краешке.)

– Что же еще вы сказали?

– Я сказал, что «Ричфилдским потрошителем» на самом деле окажется Феликс Миддлтон, проживающий по адресу: Уэст-Сограсс-роуд, дом двести девяносто шесть.

– И что же случилось всего лишь вчера, Джулиан?

– Феликса Миддлтона с Уэст-Сограсс-роуд, дом двести девяносто шесть, арестовали и обвинили во всех семи убийствах, ранее приписываемых «Ричфилдскому потрошителю».

Еще один всплеск фанфар. По студии мечутся цветные огни, как будто только что выиграли миллион долларов, а не прискорбно потеряли семь жизней. На батарее мониторов Ориана смотрит, как прямой эфир из студии сменяется новостной съемкой со ступенек здания суда округа Севиэр: группа протестующих женщин из местного родительского комитета забрасывает свежими яйцами мужчину в робе сантехника, когда его выводят из задних дверей полицейского фургона и спешно затаскивают внутрь. Мужчиной этим был Феликс Миддлтон, и то была худшая неделя его жизни: сначала уволился его помощник и переехал в Лос-Анджелес, чтобы стать там каскадером-ныряльщиком, а потом какой-то шаман, сбывающий наркоту в какой-то скандальной пиратской телесети, объявил, что «Ричфилдский потрошитель» – это он. Из дома престарелых ему позвонила сокрушенная мать, а сестра перестала ему перезванивать. Все клиенты, что были назначены у него на неделю, отменили свои заказы, а повсюду, куда б он ни пошел, за ним стали ездить полицейские под прикрытием. В итоге они к нему заявились домой, арестовали его и семнадцать часов его допрашивали. Феликс отвечал, что ничего он не знает насчет никаких убийств кого бы там ни было, но все равно следующие четыре года он проведет в камере смертников, покуда его, парию, не выпустят снова в общество милостивым прощением нового губернатора штата Юта. Он соберет все свое хозяйство из дома на Уэст-Сограсс-роуд и переедет в глубинку центральной Канады, где еще через шесть лет его насмерть забодает лосиха, защищающая своих телят.

– Еще одно невероятное предсказание сбылось – и опять вы видели это эксклюзивно на «ХроноВахте», – самодовольно подводит итог Томас Кабрера, прежде чем перейти к рекламному блоку.