Онлайн книга «BIG TIME: Все время на свете»
|
Джулиан снова кашляет – так надсадно, что изо рта у него вылетает комочек слизи и шлепается на пол. Он вернулся, смотрит сквозь собственные два глаза, выкашливает карман будущего кислорода. Он в точности знает, что́ произойдет. Также ему известны его шансы на то, чтобы это предотвратить. Из двухсот пятидесяти с лишним улетов по Б, какие Джулиан поимел в последние полгода после своего возвращения из Южной Америки, ложное видение у него было лишь одно: они с Орианой возле ипподрома. Одно из двухсот пятидесяти. На такие шансы и доллар тратить не стоит. Тем не менее, как сказал Данте: могу хотя бы попробовать. Джулиан распахивает дверь склада. Прорезает себе обратный путь по коридору. Бежит, выставив вперед плечо, к пожарной двери – и отлетает от нее, приземляется на задницу. Пожарная дверь заперта. Быть такого не может. Он же едва начал, однако реальность уже отклонилась от его видений. Джулиан перекатывается на бок, озирает безразличную, непроницаемую громаду пожарной двери и смеется. Он вспоминает ресторан в Аделаиде, когда их с Ашем видения-конкуренты шли голова к голове до самой финишной черты. Как об этом выразилась Ориана? Теперь, когда мы двинулись по одной ветке, крайне маловероятно, что та версия, в которой мы теперь, снова сложится с ложной версией «ласточкиным хвостом». Так, может, вот оно. Просто по-настоящему дурной улет. Запиши счет как два против двухсот пятидесяти. На долгом обратном пути домой расскажет об этом остальным. Расскажет Ашу, что видел, как тот умирает. Вот только сейчас у Джулиана очень другая и очень реальная проблема: осталось пять минут до того мига, когда он должен оказаться на сцене, а между ним и ею – запертая пожарная дверь. Он колотит в нее кулаками, после чего слышит: – СПАСИБО! СПАСИБО! БЛАГОСЛОВИ ВСЕХ ВАС БОГ! И БЛАГОСЛОВИ БОЖЕ ФЕДЕРАТИВНУЮ РЕСПУБЛИКУ ВОСТОЧНОЙ АВСТРАЛИИ! А ТЕПЕРЬ НЕ РАСХОДИТЕСЬ – БУДУТ «ПРИЕМЛЕМЫЕ»! – Мы хедлайнеры, обсос! – орет Джулиан, нанося двери тщетный окончательный пинок. Придется двигаться в обход. Джулиан поворачивается и уходит вглубь коридора, через комнату персонала обслуживания зала (воняет картофельными чипсами, мятным вейпом, брусничной водкой), через другие односторонние двери и прямо в кишащую толпу (воняет дезодорантом, контрабандной дурью, пивным духом). Головы он не поднимает, медленно пробирается к дверям в «зеленую комнату» в другом углу зала, поближе к выступу сцены. Люди пьяно воют, потому что «Святые покрыватели» уже злоупотребили гостеприимством – рассылают воздушные поцелуи, швыряют медиаторы и целенаправленно встречаются взглядами с конкретными мальчиками и девочками в публике, которых им бы потом хотелось найти у служебного выхода. Они уже сыграли на десять минут дольше, чем им было обозначено. Занавес рушится, словно бархатная лавина, и Джулиан воображает, как разозленная команда рабочих сцены суетится сейчас за ним, налаживая люки и разбрасывая черные шарики. Джулиан знает, что на него смотрят. Голодными глазами. Он случайно встречается взглядом с молодым человеком в пропотевшей обтягивающей футболке – тот как-то умудряется удерживать на весу четыре полных пластиковых стакана и одновременно тянуть палец в сторону Джулиана, дрожко и безмозгло узнавая его: – Ээээээййй… |