Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 15»
|
Шутихин-старший был, наверное, неплохим рассказчиком. И слов-паразитов в речи мало, да и сама речь довольно грамотная. Но внимание на его рассказе все равно не удерживалось. Все время хотелось отвлечься, посмотреть, чем остальные занимаются, пошушукаться. Сейчас вот приходилось буквально себя в руках держать, чтобы не пропустить, будет там про мышь или нет. — … а там, прикиньте, крыса! — эмоционально воскликнул Шутихин и раскинул руки, как заправский рыбак, который показывал, какого сазана он надысь поймал. — В смысле — крыса? — вслух возмутился Макс. — Ты же всегда говорил, что мышь! — Я специально преуменьшал, — не растерялся Шутихин-старший. — Не хотелось ранить нежную психику родственников! В общем, слушайте, что дальше было… — Получается, мы оба проиграли, — всплеснул руками Шемяка. — Ни фига! — запротестовал Макс. — Мы спорили будет мышь или он пропустит эту часть. Он не пропустил! — Но не мышь, а крыса! — Шемяка ткнул пальцем в грудь Макса. — И то, и то — грызун, серый и с голым хвостом, — сказал Макс. — Так что… — По букве Шемяка прав, — сказал я, когда оба посмотрели на меня. — Так что да, вы оба проиграли. — Подставляй лоб! — Шемяка обрадованно сложил пальце для щелбана. — А что это я первый? — фыркнул Макс, но потом засмеялся и поднял со лба отросшую челку. * * * — Что с лицом? — спросил я, усаживаясь рядом с Евой на тот же самый диванчик, на котором мы когда-то с ней и познакомились. Только сейчас она была не в белой рубашке и юбке, а в коротком черном платье, а волосы подняты в высокий конский хвост. И какая-то грустная. — Давай уйдем? — предложила она со вздохом. — Нет-нет, снимаю предложение, ты же главный, тебе сбегать будет как-то некрасиво. — Тебя кто-то обидел? — спросил я, оглядывая тех, кто у нас остался на ночные посиделки, когда концерт, собственно, был закончен. Сейчас уже было часа два ночи, Шутихин-старший вместе с «взрослой» частью тусовки, главный зал студии уже покинули. Конрад только остался. Сидел в дальнем углу и общался с Вадимом. Явно про музыку, там у них гитара, они друг другуее передают, ставят какие-то аккорды. Ну, «ангелочки», те двое толкиенистов, которые пришли с Бесом. А самого Беса при этом не видно. В принципе, можно предположить, что он уединился где-то с той крохотной брюнеткой. Кажется, она из знакомых Кирюхи. Там было трое девчонок, и, похоже, они с одного курса. Он как-то пытался не пересекать эти две части своей жизни — музыку и учебу, но хрен ему, конечно же, это удалось. А Бес… ну, Бес как всегда, да. «Ангелочки» скучковались вокруг Юрки-Назгула. Он им с какого-то момента взялся задвигать телегу, что по их песням можно сделать словесную игру, вот они как раз сейчас это все и обсуждали азартно. — Эй, погоди, у нас же нет песни про зомби! На кладбище на него должен тогда упырь напасть! — Кстати, а почему у нас до сих пор нет песни про зомби? — Да ну, что за прикол? Просто мертвец… — Стой, погодите! Короче, выходишь ты такой на кладбище, а там между могилами сидит девка и в тазу стирает простыни. Что ты делаешь? — Ооо… Лучше сразу стреляй! Ева прильнула ко мне и положила голову мне на плечо. И я сразу же перестал слушать, о чем там трындят «ангелочки». — Я не понимаю, — сказала Ева. — Раньше мне все уши прожужжали, что мне нужно немедленно замуж. Что я должна думать о замужестве. Замуж — это главное и основное. Если парень не предлагает сразу же выйти замуж, брось его и ищи того, кто предложит… Ну, ты понимаешь, да? |