Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 14»
|
Я отпил чуть-чуть и отогнул ситцевую ветхую занавесочку и выглянул в окно. Нам с Евой я выкружил отдельную комнатку, но она была крохотная, на одного человека. С неудобной кроватью с панцирной сеткой, тумбочкой и прикрученной к стене у двери вешалкой, на много слоев покрытой такой же зелено-голубой краской, что и стены почти до самого потолка. Из пузырящегося двп с одиноко болтающейся по центру лампочкой на шнурке. Ну да, турбаза «Рассвет» люксовой точно не была. Разве что чуть-чуть комфортнее, чем в палатке… Я прихлопнул зудящего над ухом комара. Но этих кровопийц здесь все равно сильно больше, чем приемлемо. Благо ночью, когда мы ложились спать, я отрубился, не успев донести голову до подушки, и мне было все равно, жрет меня кто-нибудь или нет. — О, наш корпус «А» тоже оживает… — сказала Ева, тоже выглядывая в окно. Корпусом «А» домик номер два прозвали мы. Потому что туда заселили «Арию», «Алису» и «АукцЫон». На вид это сооружение было похоже на помесь барака с пионерским отрядом. Туалет на всех был общий — деревянный, в сторонке. А еще тут где-то был умывальник, тоже родом из дремучего пионерского детства — длинный ряд раковин прямо на улице. Но его из нашего окна было не видно. Зато видно дверь того самого корпуса «А». Открытую. Несколько помятых рокеров сидели за деревянным столом рядом с крыльцом, трое торопливо шагали по тропинке к сортиру. Звезды в таком виде и обстановке ровным счетом ничем не отличались от обычных завсегдатаев новокиневского рок-клуба. Ну, разве что Гаркуша выделялся, но егокак раз снаружи еще не было. — Вот теперь можно идти завтракать, — вынесла вердикт Ева, закрыла термос, укутала его обратно в полотенце и сунула в сумку. — Как себя чувствуешь? — Приемлемо, — тихо, но уже почти нормальным голосом произнес я. И даже не закашлялся. — Нда, придется тебе помолчать еще… — Ева обняла меня и уткнулась носом в макушку. — Ночью отличное получилось шоу. Хотя к концу, когда ты уже хрипел в микрофон, я хотела уже по голове настучать этим придуркам… — «Пиночетам»? — не напрягая голос, спросил я. — Да нет, группа та, которая вне программы влезла, — сказала Ева и поморщилась. — Не помню, как называются. Часа в два выступали которые. Там еще солист такой в бумажной панаме был… — А, точно, — я беззвучно засмеялся. — «Резиновый утенок». Сибиряки какие-то. Прикольно играли, что ты так про них? — Так это на них же ты голос сорвал, — хмыкнула Ева. — Когда вы взялись соревноваться, кто из вас громче крикнет «Стекловата». — Черт, а я даже не помню этого, — сказал я. — Ничего алкогольного не пил… Хотя… Ночной концерт слился в чехарду разных групп, диких выходок, воплей, мечущихся огней… Вот момент, когда вдруг отрубилось все электричество. Бах! И поляна погрузилась во мрак, как будто глаза лопнули. Толпа заголосила на все лады, засветились редкие лучи фонариков… И вопли: «Хэй, темнота — друг молодежи!» Я посмотрел в мутноватое овальное зеркало. Да уж, видок еще тот, конечно. Хорошо, что перед тем, как уснуть, я догадался волосы обратно в хвост собрать. Где-то с середины нашей с Наташей части концерта я свой хаер распустил, потому что надо было гривой потрясти за компанию с металлюгами откуда-то с Урала. И обратно так до конца и не собрал. Правая щека и рука покрыта равномерными красными пятнышками. Ну да, спал на левом боку, так что весь правый комары обглодали. На ребрах слева — длинный ожог. Ага, это я факел ловил, когда Наташа его уронила, пока балансировала на табуретке. Не помню уже, зачем. Что-то мы там гнали про наклеивание звезд на небо, вот она в высоту и тянулась, а я подстраховывал… |