Онлайн книга «90-е: Шоу должно продолжаться 11»
|
Я посмотрел на Еву. Агату мне было немного жаль. Она сегодня изо всех сил старалась. Ну, то есть, манера этого старания у нее была бесячая, но понятно же, что девочка просто пытается свою полезность со всем рвением показать, так что к тону можно и снисходительно отнестись. Но решение было за Евой. Я бы, наверное, предпочел отшить Агату и пойти обедать со своей девушкой. Но сегодняшний день получился насквозь рабочим, хоть и веселым. Особого романтического настроя у нас вроде как не было, так что… — Конечно, — безмятежно улыбнулась Ева. — А ты пельмени больше с маслом или сметаной любишь? — Вообще-то,с уксусом, — сказала Агата. — А когда была совсем маленькой, то любила макать пельмени в молоко. — Ой, и я! — обрадовалась Ева. Девушки взяли друг дружку под руки и двинули вперед, весело болтая. В пельмешке народу было по самую крышу. Логично, так-то. Воскресенье, обеденное время, все дела. Но отступать было поздно, так что мы пропихались к раздаче, пристроились в конец очереди. — Только по одной порции в одни руки! — выкрикнула тетка на раздаче. — Эй, чегой-то? Я одной не наедаюсь, всегда же можно было двойную! — Вас много, пельменей мало! Смотри, народу сколько? Думаешь, остальные не хотят? — Так советская власть — тю-тю, можно на всех поровну и не делить больше! Ну можно мне двойную, а? — Не давайте ему! — Хитрожопый какой! — Я сказала, по одной в одни руки! Тебе с маслом или со сметаной? — И того, и другого! — Только одно можно! «Обожаю это место!» — подумал я. Почему-то только здесь грубоватое обаяние теток на раздаче воспринималось именно как обаяние, а не как трамвайное хамство. Они были такие свойские, что вежливые заученные улыбки в их исполнении видеть не хотелось. Так что мы дождались своей очереди, забрали по порции чуть раскисших пельмешей. Со сметаной у меня и Евы, без добавки — у Агаты. Мы удачно впихались в самый угол за один из столиков, оттуда как раз вылезли трое мужиков, освободив места. Так мы с Агатой оказались на одной стороне, а Ева — на углу с другой стороны от меня. Агата удивительно много улыбалась. И даже свое фирменное выражение лица «вы все тут мне должны и не лечитесь» спрятала в какой-то дальний шкаф подсознания. Мало того, что по дороге она болтала с Евой, как будто с лучшей подружкой. Улыбалась, глаза блестели. И это несмотря на то, что Василий несколькими минутами раньше устроил ей натуральную такую выволочку, еще и на херах оттаскал. После того, как она попыталась возмутиться, что ее за водой сгоняли без причины. И что никому эта вода на самом деле не нужна, а она только зря эту дурацкую вазу оттирала. И вот тут-то Василий и напомнил ей, кто тут на самом деле босс. Пару крепких выражений мне за ним даже записать захотелось. Агата прижухла, глотая слезы, а Василий так же быстро вернулся в нормальное расположение духа, как и вышел из него. Я думал, что Агата будет нам плакатьсяи жаловаться. Но нет. Ничего такого. Вообще ни полслова даже про несправедливость босса. Я даже на секунду вспомнил, почему в свое время она меня так очаровала. Тогда, в старшей школе. Вот как раз этим… Она расспрашивала Еву про ее академию. И слушала с таким искренним вниманием. Глаза блестят, «ой, правда⁈», «обалдеть!» и «дааа, прямо завидую тебе…». В школе та же фигня была. Она спрашивала, а потом слушала с таким азартным огнем в глазах, что чувство собственной значимости прямо-таки пело от счастья. А на следующий день приходишь, ожидая снова увидеть эти блестящие глаза, этот воодушевляющий взгляд… А тебя ушатом холодной воды: «Корнеев, тебе чего?» |