Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 10, страница 73 – Саша Фишер

— Неееет, мы легких путей не ищем! — Василий героически закинул в себя пойло и зажмурился. — Никто покамест не отравился, значит и я сдюжу!

— Герой! — я похлопал его по плечу. — Зови, если нужно будет бутылками по окнам покидаться. Ты же меня знаешь, я за любой движ.

— Заметано, — заржал Василий. Потом подозвал официанта. — Братан, нам нарезки еще принеси какой-нибудь. Ну, там, сыр, колбаску всякую, балычок. А то сейчас сюда серьезный человек придет, а мы уже все сожрали. Усек? И графинчик водочки, только чтобы ледяная, понял?

Официант кивнул и удалился. А Василий посмотрел на меня.

— Все запомнил, что надо говорить? — спросил он.

Наш с Василием собеседник был каких-то совершенно необъятных размеров. Когда он появился на верхней ступеньке лестницы, я даже сначала думал, что мне показалось, и у меня в глазах что-то расплылось. Но нет, эта туша реально двигалась самостоятельно, без инвалидного кресла и поддержки.

«Килограммов двести? — подумал я. — Или больше?»

— Стул нормальный мне принеси, — бросил человек-гора подбежавшему администратору. Тот моментально испарился. Из-за ширмы вознило два «ресторанных гарсона». Какие-то парни без формы официантов, хрен знает, чем они там занимаются. Может, за электричеством следят, а может продукты разгружают. Они тащили кресло. Широкое, с мягкими подлокотниками, размером с небольшой диван на три некрупные задницы. И пока важный гость пересекал зал ресторана «Новокиневск», место стандартного стула за нашим столом заняло вот это самое кресло. А прежний стул «гарсоны» уволокли куда-то в недра подсобных помещений. Чтобы оно не смущало взор гиганта своим неподходящим размером, по всей видимости.

— Палыч, вот какого хрена? — отдуваясь, проговорил толстяк, заполнив собой все окружающее пространство. — Тыщу раз уже им говорил, что пора эскалатор построить на входе. Бабки гребут лопатой, а о клиентах не заботятся. Скажи, а?

— Золотые слова, Михалыч! — отозвался Василий, двигая ближе к человеку-горе тарелку с нарезками.

Пальцы-сардельки моментально заграбастали половину содержимого, не разбирая, что там — сервелат, балык или докторская, и принялись загружать в «колбасоприемник».

— Палыч, ты мне вот что скажи, — с набитым ртом продолжил человек-гора. — Мы с тобой уже сколько лет знакомы? Тридцать?

— Если не больше, мы же в школе еще в футбольной команде играли, — хмыкнул Василий.

— Это я к тому, что ты меня знаешь не первый день, а туда же, приходи в «Новокиневск», — глаза-локаторы Михалыча узрели на столе бутылку «Слынчева бряга», и пальцы тут же сомкнулись на ее горлышке. Возмущений стремностью напитка не последовало, бутылка запрокинулась, жидкость забулькала, вливаясь в бездонную утробу.

Я помалкивал, как мы с Василием, собственно, и договаривались. Ну не только. Можно сказать, что я замер в немом восторге. Василий предупредил меня, что наш визави будет упитанным, но чтобы вот настолько… У меня натурально, вголове не укладывалось… Я прикинул, что если на меня навесить рюкзак весом в сто пятьдесят кило, то меня просто придавит к земле. А он — ходит. Это насколько же он силен, а…

— Почему не в «Центральном» или «Элегии» какой-нибудь, а? — Михалыч потянулся к следующей тарелки, уперся животом в край стола, но ухватил вожделенную еду. Василий жестами подал официанту знак тащить еще.