Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 8, страница 75 – Саша Фишер

Полностью проект так и не реализуют, конечно. Но на помойку эта часть площади Советов точно перестанет быть похожей.

Впрочем, дом, в который переезжали Грохотовы, и впрямь был отличным. Сталинка, с башней, аркой входа в квадратный закрытый двор, элитно-культурные соседи. Сплошь деятели искусств и науки. И медицины еще. Так что, что бы Грохотов-старший там такое не сделал, результат и правда был хорош.

Когда спор за столом свернул в сторону Ельцина, роста цен и прочих остросоциальных тем, мы с Евой и Лариской, не сговариваясь, сбежали в ее комнату.

— А где Лена? — спросил я, когда осмотрелся и понял, что Лариска снова обитает в комнате одна. Никаких следов присутствия кого-то еще. И за столом я ее не видел тоже. — Ты ее в окно выбросила?

— Ой, я хотела! — Лариска закатила глаза. — Она меня так достала, что я ее задушить была готова! Мы вроде как помирились, когда вы в Питер ездили… Без меня!

— Я бы тебя с собой взял, ты знаешь, — я пожал плечами. — Но мама была против, а я маму слушаюсь.

— Да ты вообще стал маменькиным сынком! — шутливо скривилась Лариска. — Мне тебя теперь все время в пример ставят. Володя то, Володя се…

— А с Леной-то что случилось? — вмешалась в разговор Ева.

— А, да! — встрепенулась Лариска. — В общем, она взялась как будто подлизываться, стала даже как будто нормальной. Подарки мне дарила…всякие. Но я на такую фигню не ведусь, ей же явно было от меня что-то надо! В жизни бы не поверила, что она правда изменилась! А потом она сбежала.

— В смысле — сбежала? — удивилась Ева. — Она была под домашним арестом?

— Ой, я не знаю! — Лариска дернула плечом. — На нее тетя Марина все время орала, стыдила. Так что она оставила как-то письмо, собрала вещи и уехала. А в письме просила, чтобы я не говорила родакам, что она вещи собрала. Ну, чтобы у нее время было подальше уехать. Только я не знаю, зачем это… Потому что уехала она в Закорск. Не знаю, как дотуда можно три дня добираться. Пешком она что ли шла?

— И что она делает в Закорске? — усмехнулся я. Мне нравилось слушать, как Лариска рассказывает. Активно помогая себе руками, перескакивая с пятого на десятое. Надо чаще с ней общаться, у меня мировая сеструха.

— Замуж вышла она! — Лариска всплеснула руками, потом уперла их в бока.

— Свадьба была что ли? — спросил я.

— Ну, не совсем, — помотала головой Лариска. — В общем, я письмо прочитала, потом сожгла его, как она просила. И честно три дня делала вид, что ничего не знаю. Пока тетя Марина не зашла в мою комнату и не обнаружила, что вещей нет. Она начала на меня орать, я в слезы. Мол, а я с чего должна следить за вашей Леночкой, она вообще-то старшая, а мне так вообще до фонаря вы все, хоть прямо сейчас выметайтесь. Мама прибежала, все успокоились, стали разбираться. Потом помчались почему-то сразу в Закорск, будто точно знали, куда она может поехать. А она там. Поселилась у какого-то мужика, я его не знаю. Называет его своим мужем и говорит, что не вернется. Не знаю, была у них свадьба, или они просто так… Потом вечером Грохотовы снова поскандалили, теперь уже между собой. Ну и закончилось все тем, что Лена сюда не вернулась, а они про нее больше не разговаривают. Ну, то есть, разговаривают, но когда это делают, то или шипят друг на друга, или орут. И еще у них вроде как ребенок будет, вот.