Онлайн книга «90-е. Шоу должно продолжаться 3»
|
В конце концов, Гриша сдался и перестал добиваться от меня полной отдачи. Взял гитару сам и заиграл что-то нежное, с замысловатыми переливами и обещанием весны. Но даже тут мой занятый новой идеей мозг немедленно представил, как гитара в руках моего инвалида-репетитора будет звучать в связке с грозным и гротескным «поливоксом». Прямо эльфы против орков какие-то получатся… — О, камера! — сказала Люся, входя в комнату. — Велиал, ты снимаешь или просто решил нас напугать? — Снимаю, — хохотнул я, медленно переводя объектив с жрущего бутер Бегемота на Люсю. — Хочешь рассказать какую-нибудь историю как послание грядущим поколениям? — Вы бы хоть заранее предупреждали, что надо готовиться, — безмятежно покачала головой Ася и шагнула ближе. — А есть какие-нибудь требования? Ну, там, что можноделать, что нельзя? Ты для чего вообще снимаешь? — Чтобы когда вы все станете мировыми знаменитостями, можно было эту кассету продать за миллион долларов, конечно, — отозвался я. — Получается, что-то очень умное нужно говорить? — протянула Люся. — Не могут же мировые знаменитости чушь нести… — Чушь продается дороже, — заявил я. — Тогда это будет компромат и скандал, люди такое любят. Ну давай уже, расскажите что-нибудь. А то вы каждый раз что-то задорное рассказываете, а я потом это вспомнить не могу. А так в записи останется. — Слушай, что-то я с утра не в мозге, кажется, забыла где-то по-дороге, — Ася обняла Люсю и показала в камеру язык. — Зато Люська новый лифчик купила. Если из миллиона пообещаешь мне двести тысяч, то я задеру ей кофту. — Двести штук? — отозвался я. — Да не вопрос! Обещаю! Ася ухватила вязаную кофту Люси и натянула подруге на голову, демонстрируя черный кружевной лифчик на внушительных люсиных сиськах. Люся, кстати, даже не сопротивлялась. — Ты скажи там, когда хватит, — глухо сказала она из-под кофты. — Чтобы зрители точно все рассмотрели. — Эй, а можно к нам повернуться тоже? — возмутился Бегемот, стряхивая крошки со своей футболки. — А то как-то нечестно. — А ты тоже заплатишь двести тысяч долларов? — язвительно полюбопытствовала Ася. — Ася, откуда в тебе эта меркантильность?! — укоризненно покачал головой Астарот. — Искусство должно принадлежать народу! — Неть! — Ася быстро вернула кофту Люси в нормальное положение и расправила многочисленные нитки бисерных бус. — Я уже настроилась на кучу денег! — И что ты будешь с ними делать? — засмеялся Бельфегор. — Ты же даже лифчики не носишь, значит тратить не на что! — Все вам шуточки, — надула губы Ася. — Может у меня на самом деле есть план. На который как раз двести тысяч долларов и не хватает. — И в чем состоит этот план? — спросил я. — Поделись с грядущими поколениями! — Мой дядя в семьдесят восьмом переехал в Израиль, — Ася уселась на пол, как и все мы и потянулась за бутером. — Он очень долго тихарился, что собирается это сделать, так что семья узнала про этот его план уже почти в аэропорту. И с тех пор у нас не проходит ни одного семейного обеда, чтобы его громко не осуждали. Все детство я слушала о том, что Тель-Авив — это цитадель зла и империализма.Даже собственное ругательство придумала. «Да ты зателявил уже!» — И теперь ты тоже хочешь переехать в Израиль? — спросил я. — И нужны подъемные? — Не, — она помотала головой. — Не хочу в Израиль. Название дурацкое, да и вообще… Зателявил меня этот Израиль. Я хочу в Гондурас. |