Книга 90-е. Шоу должно продолжаться 3, страница 25 – Саша Фишер

«Если бы ты себя сейчас со стороны видел, то тоже бы поржал», — подумал я. Но сказал другое, ясен пень.

— Это ее работа, Астарот, забей, — я хлопнул его по плечу. — Вообще мы тут для другого собрались. У нас через примерно десять дней концерт в военном училище. Стильный, модный, новогодний. И нам бы с вами программу для него составить.

Астарот некоторое время молчал, сжимая и разжимая кулаки. Прямо по лицу было видно, с каким трудом у него получается свернуть с кипящего возмущения в рабочий режим. Но все-таки удавалось. Пунцовые щеки постепенно становились нормального цвета, дыхание переставало напоминать шипение парового котла, и молнии из глаз становились все менее ослепительными.

— Мы же подобрали ту песню «Нирваны» уже, — осторожно проговорил Кирилл. — Давайте сыграем?

Мои «Ангелочки» взялись за инструменты. Я сел на стол и откинулся спиной на стену. Да уж, пожалуй, убедить Астарота сниматься в рекламе будет тем еще квестом. Прямо ломать об колено понадобится нашего фронтмена.

Зазвучала песня. Не так плохо, как я опасался. Во всяком случае, мотив узнаваем. Астарот поднес микрофон ко рту и запел. Типа на английском… И вот тут-то мои уши чуть не свернулись в трубочку. Акцент был настолько рязанским, что им нужно было не демонические костюмы свои носить, а косоворотку. И гвоздичку на картузике.

— Слушайте, а может текст на русском сделаем? — дипломатично предложил я, когда последний аккорд замолк.

— Зачем? — нахмурился Астарот. — На английском же круто звучит!

«Только нев твоем исполнении», — подумал я.

— Я напоминаю, что у нас в военном училище концерт, — усмехнулся я. — Прикиньте, что суровый полкан начнет нас пытать, что это там за слова мы поем на иностранном языке? А вдруг что-то матерное и неприличное, а он не понимает.

— Ну… — Астарот почесал в затылке. — Но перевести ведь дословно с сохранением размера не получится…

— Давайте сначала просто переведем, — сказал Бельфегор. — Кирюха, ты же текст снимал, про что там вообще поют?

— А ты английского не знаешь, разве? — похлопал глазами Кирилл.

— Лондон из зе кэпитал оф Грейт Британ, — продекламировал Бельфегор. — Учил в школе, а сейчас у нас латынь и немецкий. Да ладно, чего ты? Переведи, ты же точно лучше знаешь. Тебе трудно что ли?

— Ну, в общем… — Кирилл прикусил губу. — Заряжай пистолеты и приводи своих друзей, это весело — терять и притворяться. Она скучает и самоуверенна. О нет, я знаю грязное слово.

— Но это же просто какой-то набор слов! — нахмурился Бегемот. — О чем это вообще?

— Кажется, там народ собирается на тусовку, и кто-то привел девушку, — неуверенно проговорил Бельфегор. — Эту самую самоуверенную. Она думает, что она принцесса, а Кобейн про себя называет ее другим словом. Грязным.

Все заржали.

— А дальше там что? — спросил Астарот.

— С выключенным светом все менее опасно, вот мы здесь, развлекай нас, — продолжил Кирилл. Я чувствую себя глупым и… это слово не знаю, как переводится. Потом опять — вот мы здесь, развлекай нас. Мулат, альбинос, комар, мое либидо.

— Либидо? — захлопал глазами Бегемот. — А такое слово есть вообще?

— Есть, — засмеялся я. — Если по-простому, то это влечение к противоположному полу.

— Ну хрен знает, как это по-русски спеть, — Бегемот постучал по барабану.

— Раз смысла нет, значит вообще неважно, как, — я пожал плечами. — Просто придумаем русский текст, подходящий по размеру. И все.