Книга 90-е: Шоу должно продолжаться 2, страница 105 – Саша Фишер

— Как историка? — Ева приподняла бровь. — Предупреждаю, я пока еще не дипломированный специалист!

— Подойдет и незаконченное высшее, — я подмигнул. — Надеюсь, у тебя есть специализация в интригах мадридского двора.

— Оу, боюсь, что только Версаля, — невинно протянула Ева. — Я в школе учила французский. Ладно, давай уже рассказывай, что там у тебя.

— Мне нужно твое мнение по нескольким вопросам, —сказал я. — Но сначала небольшое предисловие.

Я рассказал по-быстрому про только что случившуюся у меня беседу с Женей Банкиным. Только факты, без всяких догадок на тему, кто это под меня копает.

— Теперь перехожу, собственно, к первому акту марлезонского балета, я допил остатки молочного коктейля и посмотрел Еве в лицо. Она хмурилась, прикусив губу и упершись взглядом в свою чайную чашку. И ложечкой гоняла в ней ломтик лимона. — Я общался с Сэнсеем и пригласил его провести в Новокиневске концерт. В той же студии, у Шутихина-старшего. Он предварительно согласился, назвал условия. И теперь мне нужно продать билеты. Но есть нюанс…

— Банкину ты ничего про «Папоротник» не сказал, — кивнула Ева. — Это Ян тебе гадит. Не может никак успокоиться.

— Если тебе о нем говорить не хочется, то давай и не будем, — сказал я. — Собственно, мне всего лишь нужен совет на тему, к кому подходить с этими билетами, а к кому нет. Ну, чтобы раньше времени опять не выбесить Банкина.

— Это же я его бросила, а не он меня, — усмехнулась Ева. — Так что у меня есть полное моральное право сплетничать, сколько влезет.

Тут она неожиданно подалась вперед и обняла меня.

— Вова, как же здорово, что ты «Папоротник» пригласил! — сказала она. — Сэнсей чувак с закидонами, но они нравятся. И очень жаль, что так редко приезжают.

— Вот только чтобы они приехали, нужно продать билеты, — хмыкнул я. — Иначе у меня просто денег не хватит оплатить проезд всему «Папоротнику». И желательно при этом не подставиться.

— Раз Сэнсей вообще с тобой стал об этом говорить, значит может и один приехать, — сказала Ева. — У него и без группы неплохие квартирники получаются. Так… Дай-ка мне подумать.

Ева повернулась на стуле и осмотрела народ в «Петушке».

«Должны в этом мире быть гаранты стабильности…» — со смешком подумал я, пристраиваясь в хвост хмурой очереди. Ну да, в двадцать первом веке почта обзавелась собственными брендированными продуктами, терминалом с талончиками и всякими прочими техническими новинками. Но избавиться вот от очередей не получилось.

А вот запах был другой… Прямо-таки всколыхнувший всякие детские воспоминания. Горячий сургуч и сухая бумага. И еще возгласы эти: «Магадан! Пройдите во вторую кабинку!»

Щелчки, многоголосый гомон, склочные голоса теток за стеклянной перегородкой. Как-то так случилось, что эта очередь оказалась чуть ли не первой, в которой мне случилось стоять в этом времени. Остальные я пока что видел только со стороны.

Длинные змеи, головы которых теряются за дверями тех магазинов, где выкинули что-то жизненно важное или отоваривают талоны.

Но в этом смысле мне повезло, и моя семья обходилась без этого трэша.

Сначала мне было любопытно, и я разглядывал собравшуюся здесь публику. Но это быстро надоело. И даже не потому, что в этом смысле почта тоже была эталонно-стабильной. Все та же болтовня про быт пополам с политикой.