Книга 90-е: Шоу должно продолжаться, страница 36 – Саша Фишер

— Это какой-то кошмар… — каблуки Светы-Клэр прогрохотали за задником, потом ее голова показалась из-за занавеса рядом с нами. Она недоуменно осмотрела «Ангелов Сатаны», как будто вообще не понимала, кто это такие. Потом взгляд сфокусировался на мне.

— Да-да, вот эти ребята, — покивал я. — Пора выходить?

— Да! — выпалила она. — Сейчас «Вертолетик Хру» закончит композицию, и вы тогда выходите!

— Есть, мэм! — я широко улыбнулся и отдал честь. Голова Светы скрылась, каблуки прогрохотали в обратном направлении. А я повернулся к своим. — Ну что, команду слышали? Песню дослушиваем, и вперед!

— Ой, мамочки… — прошептал Бельфегор и сделал большие глаза.

— Наконец-то… — пробурчал Астарот. — Уже час ждем…

— Я так жрать хочу, что у меня желудок к позвоночнику прилип, — проныл Бегемот.

Только Кирилл молча смотрел на всех обожающими глазами.

— Давайте, вжарьте рок в этой дыре! — ободряюще произнес я и сжал руку в кулак. — А я помчал из зала на вас посмотрю.

Обходить зрительный зал я не стал, атмосфера концерта была такая, что можно было наплевать на такие условности. Так что я просто вынырнул из-за кулисы и спустился по боковой лестнице прямо в толпу тусующихся перед сценой.

Честно говоря, я ожидал ощущения лютого испанского стыда. Я же слышал, как мои поют и играют. И уровень это, мягко говоря, такой себе. А тут зрители, все дела. Астарот психанет, начнет пищать фальцетом, Бегемот в самый неподходящий момент уронит палочку, Кирилл растеряется и будет смотреть на всех круглыми испуганными глазами. В общем, предвкушал я что-то такое. И даже был к этому готов.

Но реальность была снисходительна. То ли я уже слегка проникся местной атмосферой анархии, вседозволенности и пофигизма, но испанский стыд не приходил. Даже когда Бегемот выронил палочку, еще не дойдя до барабанной установки.

Не знаю, куда я больше смотрел — на сцену или на публику. Колбасящимся первым рядам, кажется, было уже все равно, что слушать. Они прыгали и голосили даже громче музыкантов. Мои отыграли… ну… скажем так… нормально. Даже чуть лучше, чем я опасался. Во всяком случае, никто не бросил инструмент и не сбежал в панике. К концу их выступления я даже начал ими гордиться. Освоившийся на сцене Кирилл даже запилил пару замысловатых рифов, которых в оригиналепесен не было, чем вызвал рев восторга.

А когда Астарот сказал финальное «Спасибо!» в микрофон, я даже почти прослезился. Что-то вроде отцовской гордости что ли в душе появилось. Все-таки, я приложил руку к тому, чтобы это выступление состоялось, и ребята урвали свою минуту славы.

Когда я снова оказался в фойе, там царило оживление. И у него было два очага — тусич вокруг «вышедшей в народ» группы «Папоротник» и рядом с камерой телевизионщиков. За своих я теперь не волновался, они остались надувать щеки в обществе каких-то лохматых девиц. А я пошел поискать, где можно попить чего-нибудь безалкогольного. И меня как-то течением прибило к телевизионщикам. Их было трое — оператор с камерой, человек с саквояжем неясного назначения и молодая женщина с микрофоном. Она смотрела в камеру и вещала.

— Уважаемые зрители, мы ведем наш репортаж из Дворца Культуры Новокиневского Химзавода, где сегодня происходит знаковое для нашего города событие — фестиваль Рок-Провинция, — жеманно улыбаясь, говорила она. — Уже прошли выступления множества самых разных коллективов, как из Новокиневска, так и других городов. Как сообщили организаторы, география фестиваля оказалась даже для них самих оказалась неожиданностью — рок-группы приехали буквально отовсюду — от Москвы до Магадана. И сейчас мы пообщаемся с простыми зрителями рок-фестиваля, которые как раз вышли на перерыв и могут поделиться свежими впечатлениями.