Онлайн книга «Пионерский гамбит»
|
Еще были Коровина с безымянной прилипшей к ней девицей, двое парней, которых я не запомнил и неожиданно — рыжий миньон Мамонова, Марчуков. И еще одна девушка, которая и стояла в центре с листочком. Судя по всему, она именно с него читала тот заунывный текст, на котором я зашел. — Ну что вы смеетесь, я же не виновата, что гекзаметр так и должен звучать! — Надо так и оставить, пусть лучше ржут, чем засыпают! — Что-то это как-то скучно. Получается, что у нас все представление — это нотация Зевса… Кстати, а бороду мы из чего будем делать? — Надо Калинину позвать на роль гарпии! — Там не гарпия, а орел, умник! — А давайте не Зевс будет, а богиня. — Какая еще богиня? — Ну, какая-нибудь. Там же много было богинь, мы в пятом классе проходили. Геката, Афродита… — Афродита — богиня любви. Подходит к Прометею и говорит: «Ай-яй-яй, ты плохой, мамочка тебя не любит!» — Где Цицерона? Она точно Древнюю Грецию наизусть знает. — Ушла Цицерона. Сказала, что у нее законное личное время, и принимать участие в общественной жизни она будет, когда полагается. — Афина! Афина — богиня мудрости, у нее еще щит и копье! — Щит… Из чего бы сделать? О, надо у тети Шуры крышку от котла попросить… — Слушайте, а нам обязательно вот эти унылые стихи читать? — Согласен,сдохнуть же можно! Давайте у нас будет как будто греческих хор, только песни современные. Та-та-та был плох, барабанщик — бог… Синий-синий иней… — О, точно! Весь отряд в греческих… этих… как их… Ну, вот что там на Антохе сейчас. — Тога. — Точно, тога. Короче, они стоят в тогах и поют строчки из песен… так, Коровина, ты пишешь? — А что там насчет богини? — Да подожди ты с богиней со своей! — Так, я не поняла, мы сценарий пишем или что? — Значит, Цицерона сказала, что Прометей украл на олимпе огонь, отдал прозябающим людям, а его за это наказали. И пионер потом приходит к скале, этим огнем прогоняет гарпию… — Орла! Там орел! У орла клюв, а у гарпии — старушечье лицо! Как она старушечьим лицом печень будет клевать? — Ну может это просто гарпия с клювом… — Так, всем молчать! Пионер огнем в клюв тыкает, гарпия… ну, в смысле, орел, крылышками бяк-бяк-бяк. Пионер срывает с Прометея цепь, и они гордо держат огонь вместе. По-моему, отлчино! — А богиня? — Ну пусть они вместе с Зевсом наказывают. Антоха встанет с правой стороны сцены, а ты — с левой. Ему молнию из картона с фольгой забабахаем, а у тебя крышка от котла… — Прохоров, ты издеваешься, да? — Коровина, ты уже определись, ты хочешь богиней быть или нет? Если да, то тебе полагается крышка. Ну, в смысле, щит. Я присел в сторонке на самый край дивана, чтобы, в случае чего сказать Прохорову, что я тут уж час сижу, просто они были заняты, творческому процессу мешать нельзя, и все такое. Но слушать и правда было интересно. Спрашивать, что конкретно они тут сочиняют, я не стал, но по контексту понял, что завтра вечером в клубе будет мероприятие, где каждый отряд должен будет выйти на сцену и рассказать, какой он прекрасный, замечательный и талантливый. И вот за рождением сценария этой самой презентации я как раз и наблюдал. Повисла небольшая пауза, на лицах участников креативной команды отразилась работа мысли. Но тут вскочил Марчуков. — Нет, надо не так! — для убедительности он забрался на диван и сел на спинку. — Короче, этот Прометеус стибрил у богов огонь и хиляет. Видит, стоит такой прикинутый америкашка. В джинсе, ковбойской шляпе и все дела. Он ему говорит: «Хочешь огонь?» А тот ему: «Ноу, отвали, вере аре ю фром?» Ну, Прометей, тогда, говорит: «Ладно!» и дальшеидет. А тут ему навстречу француженка. Такая вся на марафете, шарман-фанфан. Он ей такой: «Огонь надо?» А она ему: «Фи, отвянь-завянь!» и в зеркальце зырит. Короче, дальше такой Прометей пошел, а тут ему навстречу я, типа юный пионер! Он мне: «Эй, пацан, у меня огонь есть, хочешь?» А я ему такой: «О, отлично, давай сюда, сгодится!» И мы хиляем вместе с огнем такие к хору в простынях, а вы такие простыни скидываете, галстуки быстро завязываете, и мы все хором поем: «Взвейтесь кострами, синие ночи!» А? |