Онлайн книга «Пионерский гамбит»
|
Отец расстегнул висевшую на плече сумку и достал оттуда не особенно-то большой пакет с конфетами. Как детский новогодний подарок — карамельки, с редкими вкраплениями шоколадных и батончиков. Даже знакомое название мелькнуло — «Радий». Только обертка была другая, не та, где безграмотные иллюстраторы поместили циклопропан, а с рисунком атома и некоей покрытой звездочками кучей. Ну, хоть не знак радиационной опасности! Хотя обертка восьмидесятого года явно была ближе к истине, чем более поздние. — Спасибо, — сказал я. — Что-то я не подумал про письмо. Может сейчас написать? У тебя есть ручка и бумажка? Отец сунулся в сумку, пошарил в ней, потом махнул рукой. — Ладно, сам позвоню в этот раз, — сказал он. — Но через неделю чтобы было письмо, понял? — Ага, — кивнул я и посмотрел на скучающую папину невесту. Мачеху будущую, получается? — А вы чем занимаетесь? — Работаю на ХБК, — отозвалась она. — Учится она, — одновременно с ней сказал отец. — Нюточка, ты что, забыла? Ты же поступила в институт! — А… — губы девушки сложились в букву «О», она уставилась на отца и зашевелила бровями-щеточками, что, по всей видимости, должно было означать напряженную работу мысли. Потом лицо ее просветлело. — А, да. Ученица я. В институт культуры поступила. На библиотекаря. — А вы приехали откуда-то? —спросил я, подавив смешок. — Из… — Из Новокиневска она, местная, — вместо нее ответил отец. Мне даже стало жалко девочку. Понятно, что она не блещет особым умом. Но было что-то неправильное в том, как отец ее теперь за это шпыняет. Решил воспитать себе жену с пеленок? Ну да, ну да. Судя по тому, что я успел увидеть, моя маман была особой деятельной и образованной, видимо, папане надоело топтаться на вторых ролях, и он решил завести себя прелесть какую глупенькую подружку, чтобы быть для нее светочем и гигантом мысли. — Ладно, Кирюх! — отец снова хлопнул меня по плечу. — Ты уже большой, распускать слюни, чтобы я тебя из лагеря забрал, не будешь. Жуй конфеты, а мы пойдем. А то скоро вся эта толпа обратно поедет, в электричке будет не протолкнуться. Пойдем, Нюта! — Пока, пап, — я махнул рукой и еще какое-то время смотрел им вслед. Отец что-то выговаривал своей невесте, а та втягивала голову в плечи и оправдывалась. Видимо, не заучила свою роль тщательно. Выдала, понимаешь, что она ученица ткачихи хлопчато-бумажного комбината, а вовсе не респектабельная студентка с института культуры. Я огляделся. Мамонов с матерью стояли возле забора и явно ссорились. Или его мама просто очень возмущенно и экспрессивно что-то рассказывала. Цицерону видно не было, ее родителей тоже. Или ушли погулять, или она уже «отстрелялась». Я подошел к вертушке. — Пароль? — грозно спросил тот же рыжий пионер, восседающий на заборе. И сразу же сам себе ответил. — Да шучу я, сегодня не надо пароль! Я неспешно направился к отряду, помахивая куцым кулечком конфет. К кучке вожатых присоединился Игорь. По своему обыкновению, травил какие-то байки. Когда я проходил мимо, он гордо выпрямился и сделал спесивое лицо с надутыми щеками. Кого-то изображал, не иначе… Вожатые громко расхохотались, а я вздрогнул. Еще раз посмотрел на Игоря. Подождите-ка… Если прибавить ему килограмм этак сорок, и представить, что у него есть две острые залысины до самой макушки, то… |