Книга НИИ особого назначения 2, страница 73 – Саша Фишер

Домчал до площадки. Остановился у натянутой через нее сетки. Попрыгал, похлопал себя по бокам. Долго мне тут находиться надо, интересно?

Хм… А это еще что?

Я почувствовал в заднем кармане штанов какое-то шевеление. Сунул туда руку, нащупал бархатистую поверхность. Вытащил фиолетово-зеленый полосатый камешек. Похлопал глазами недоуменно. Он же был у Папая, как он здесь оказался?

Порыв ветра швырнул мне в лицо горсть ледяной крупы.

Твою мать…

Я рванул обратно к корпусу. Сжав теплый «полосатик» в руке. Пальцы сразу согрелись.

Интересное дело. Это как неразменный пятак, получается?

Влетел обратно в кают-компанию, чуть запыхавшись. Продемонстрировал «полосатик» всем.

— Вот видишь, никакие не враки! — Папай оскалился в радостной улыбке.Лада посмотрела на меня исподлобья и отвернулась.

— Типа, ни отдать, ни потерять я эту штуку не могу, да? — спросил я.

— Раз на этот счет не врали, значит и про все остальное может быть правда… — задумчиво проговорил парень из самого темного угла. Один из «Крабов».

Тут все заговорили разом. Каждый торопился вывалить свою версию байки про «полосатики». Из всего этого гвалта мне удалось вычленить несколько моментов. Такие штуки находили в самом начале практически все, кто заходил в «тридцать вторую». Их попытались изъять, чтобы изучить, но получалось очень так себе — как только владелец камешка отходил от него на некое расстояние, «полосатик» волшебным образом телепортировался обратно к нему. Это свойство тут же кинулись исследовать, выяснили, что радиус действия в каждом случае разный, у одного человека он около трех метров, у некоторых других больше. Но в целом — километр максимум. Причем долго он с собой так экспериментировать не давал — где-то на третьем отъеме у владельца начинала сбоить измерительная техника, иногда очень опасно сбоить, до полной поломки без возможности восстановления. Кроме этого, «полосатики» предупреждали своего владельца о смертельной опасности. А в случае смерти — камень просто чернел и превращался в кусок обычного каменного угля.

Из недоказанных свойств, проходящих по разряду «байки» были особые способности, которые «полосатики» давали своим владельцам. Типа возможности связываться с другими владельцами «полосатиков», но только на территории «тридцать второй». Пугалочка, связанная с ними, тоже была. Никого из тех, кто их нашел, в настоящий момент не осталось в живых.

— Летяга про них точно больше знает, — сказал Папай. — С ним поболтай, он тебе такого понарасскажет.

— И не говори никому из начальства, — посоветовал тот самый парень из «Крабов».

— Почему? — спросил я. Хм, а ведь реально странно. Мы с Женькой когда вышли из «тридцать второй», то сдали дисциплинированно свой урожай брыков, а про эти «полосатики» синхронно промолчали. Даже в голову ведь не пришло их сдавать. Будто это была не находка, имеющая научное значение, а что-то такое… Такое… В инструкции черным по белому сказано, что носить при себе что-то из «тридцать второй» категорически запрещено. Что весь «хабар» подлежит учету и контролю. И это было также незыблемо, как и «синее — не трогать». Это правило знали не только те, кто здесь работает, но и вообще все. Про это говорилось вслух, про это писали в книгах, газетах и журналах. Везде, где хоть как-то упоминалась наша работа. Мол, все находки проходят тщательное обследование на предмет безопасности использования, и все такое. А тут получилось, что у нас в мозгах как будто кто-то выключил это правило.