Книга Предатель выбирает один раз, страница 40 – Саша Фишер

— Что вы тут делаете? Не трогайте меня! — закричал Клос, как только смог говорить.

— Клос, извини, — Шпатц встал и отступил на шаг назад. — Мы не знали, что это ты, просто подумали, что связанному человеку нужна помощь...

— Вы ничего не понимаете! — Клос задергался, отталкивая руки Крамма, который все еще пытался продолжать распутывать веревки. — Я должен пробыть здесь до утра, а потом... потом... Отец сказал, что я слишком много болтаю с чужаками. Я больше ничего вам не скажу, сделайте все, как было и уходите!

— Хорошо, Клос, мы сделаем, как ты скажешь, — Шпатц взял в руки мешок, который до этого снял с головы сына лесника. — Сегодня же твой день рожденья? Разве ты не должен праздновать его с друзьями или что-то подобное?

— Поэтому я и здесь, — Клос недовольно зыркнул в сторону Крамма. — Это посвящение, а вы пытаетесь влезть в то, чего не знаете!

— Посвящение? Это какой-тообычай? У вас так все празднуют семнадцатилетие? — спросил Шпатц.

— Только избранные! Отец говорит, что когда я пройду все испытания, то стану одним из них, — Клос попытался гордо приосаниться, но из его положения это получилось не очень хорошо.

— Клос, прости наше невежество, — Крамм виновато улыбнулся. — А как же пирог, который для тебя готовила фрау Блазе?

— Пирог не для меня, это для Герра Гроссмана, — глаза Клоса перестали метать молнии возмущения. — Они поставят его в специальном месте в лесу, чтобы дать ему знак. Чтобы в нужное время он явился, и я смог дать ему клятву.

— А ты все это время должен лежать здесь связанный? Пока Герр Гроссман есть в лесу пирог?

— А разве я не в лесу? — Клос наконец-то огляделся. — Отец сказал, что меня оставят близ Беличьей развилки, а это... это... Где я? Куда вы меня притащили?

— Клос, мы никуда тебя не перемещали, ты там, где мы тебя нашли, — Шпатц развел руками. — В помещении заброшенной фабрики. До Заубервальда отсюда не меньше километра.

— Я... Я не понимаю, — взгляд Клоса сделался растерянным. Он переводил глаза с Крамма на Шпатца и обратно, губы его скривились, будто он собирался заплакать.

— Может быть, мы все-таки тебя развяжем? — спросил Крамм.

— Нет! — Клос дернулся. — Отец лучше знает, как надо. Раз он меня здесь оставил, значит так было надо! Верните кляп обратно. И мешок! Я дал клятву!

Шпатц вышел наружу и достал из кармана портсигар. Чиркнул спичкой, вдохнул дым. Было понятно, что творится что-то странное, но не было понятно, нужно ли в это странное вмешиваться. Бросить рыжего Клоса здесь связанным, как он и требует? Может быть, его отец специально закрыл его в безопасном помещении, чтобы не оставлять беззащитное тело в лесу, где его могут сожрать дикие звери? А может быть, на самом деле никакой это не ритуал посвящения или взросления, и планируется что-то совсем другое? Но даже если это и так, то должен ли Шпатц вмешаться?

— Я вернул ему кляп и мешок, а то он уже почти разрыдался, — Крамм тоже вышел на улицу и закурил. — Вот это то самое, о чем я и говорил. Какие-то дремучие обычаи...

— Герр Блазе утром сказал, что ему жаль парня, — сказал Шпатц. — Как думаете, герр Крамм, нам вообще нужно в это все вмешиваться? Мне совсем не нравитсяидея, что вот сейчас мы бросим тут Клоса, а завтра его найдут с какими-нибудь щепками, воткнутыми в глаза и будут нас изо всех сил убеждать, что это из леса вышел страшный великан, который...