Книга Правда понимания не требует, страница 42 – Саша Фишер

Со стороны это выглядело как пикник для отдыхающих рабочих. Под большим деревом на нескольких газетах были расставлены вскрытые банки сардин и консервированных бобов, поломанные багеты и брецели. Бутылок шнапса или пива не наблюдалось — правилами люфтшиффбау распивать алкоголь на территории строго запрещалось. Компания работяг состояла не только из Мюффлингов. К ней присоединились рабочие из других эллингов. Шпатц постарался сменить угол обзора, чтобы лучше разглядеть лица и увидеть среди них Роппа, но не смог. Активное шевеление в кустах могли заметить. Поэтому он замер и прислушался.

— ...цистерны блау-газа, — говорил незнакомый рабочий, одетый в коричневую куртку. — Если подобраться со стороны седьмого эллинга, то все должно получиться.

— Нельзя, очень рано, — возразил кто-то. — Получится бесполезный пожар, никто не пострадает.

— А нам разве нужно, чтобы кто-то пострадал? — это Бруно, его голос Шпатц хорошо запомнил.

— А ты не командуй, ты мне не начальник!

— Не шуми, брат, мы здесь все заодно! — это Полди.

— Я уже устал терпеть, мы все время только откладываем и откладываем, а мне может быть этот ваш Бойст поперек горла стоит! Мюфф, ты же говорил, что мы заодно, я хочу, наконец, чтобы мои права защитили!

— Да ты же сам нарвался, Вик! Тебя никто не тянул за языкобкладывать шефа смены.

— А ежели я устал бочки таскать? А эта гнида меня каждый раз на тяжелую работу ставит!

— Ты лежал и курил, когда он подошел.

— Подумаешь, выкурил сигаретку, тоже мне претензия...

— Да я бы тебя сам за это уволил. У тебя там цистерны с блау-газом, а он сигареты курит. Придурок.

— Это кто еще придурок?! Мюфф, ты мне вот что скажи. Ты так красиво разливался о том, что мы им покажем, что забьем им в глотку их слова, если они будут с нами как со скотом... И вот он я, меня сегодня Бойст на шесть марок оштрафовал! И я ему сказал, что тут гореть все будет синим пламенем за это. Получается, я трепло?

Полди что-то ответил вполголоса. Бруно поднялся и навис над рабочим в коричневой форме. Повисло неприятное молчание, но Вик, кажется, не заметил неодобрения.

— Нет, ты мне скажи, Мюфф, трепло, да? Пообещал неприятностей, а теперь молчу в тряпочку?

Раздался негромкий хлопок, словно сухую палку переломили об колено. Шпатц сначала подался вперед, потом замер. Лоб его покрылся холодным потом. Вик нелепо взмахнул руками, и тело его стало медленно оседать на землю. Стоявший за его спиной Бруно осторожно подхватил его под мышки и аккуратно опустил.

— Хороший, — стрелявший человек повернулся, пряча в карман миниатюрный пистолет, фройляйн-ваффе. — Семьи нет?

— Все как ты сказал, Ропп, — Бруно провел ладонью по лицу мертвого Вика, закрывая ему глаза, и выпрямился.

— Плакать никто не будет, значит, — Ропп кивнул. Шпатц старался даже не дышать. Пульс в висках грохотал так, что казалось, что его должно быть слышно деловито совещающейся вокруг трупа компании работяг. — Мешок принесли?

Трое Мюффлингов принялись натягивать на мертвое тело Вика грубую ткань. Этого парня пригласили на сборище, чтобы убить? Но зачем? Шпатц осторожно огляделся. Он стоял между кустом и стеной эллинга. Выбраться из укрытия бесшумно и незаметно не получится — слишком близко от «вечеринки Мюффлингов». Ничего не оставалось, кроме как досмотреть представление до конца и надеяться, что в сумерках его не заметят. А что потом, когда они разойдутся? Как объяснить охране на выходе, почему не уехал домой, когда смена закончилась? Просить аудиенции у герра Ульриха Фугера? Но ведь, по большому счету, Шпатц ничего не выяснил.Да, прямо сейчас на его глазах убили человека. Но ни причин, ни целей этого убийства Шпатц так и не узнал. Кроме того, убили какого-то скандального работягу, который, как раз, судя по разговору, и пытался склонить компанию к саботажу. «Допустим, я сейчас кликну охрану, — подумал Шпатц. — И бравые фельдфебели застанут братьев Мюффлингов с теплым еще мертвым телом на руках. Что они скажут?»