Книга Где деньги, мародер?, страница 31 – Саша Фишер

— Итак, я продолжу, — Ярослав Львович выпрямил спину. — Я оказал вам услугу, но никакой оплаты за нее требовать не намерен. Более того, я предлагаю вам свое негласное покровительство. Безвозмездно. По крайней мере на первых порах, пока вы не можете мне предложить достойной отдачи.

— И это снова звучит как бесплатный сыр, — пробормотал я.

— Все верно, — кивнул Ярослав Львович. — Вы в полном праве мне не верить. Вы пока не знаете ничего ни обо мне, ни о ком другом в этом заведении. А я не очень много знаю о вас. Но, я повторюсь, мне бы хотелось, чтобы в дальнейшем мы стали добрыми друзьями и смогли оказывать друг другу уже вполне адекватные услуги.

— Вы каждому предлагаете это каждому одаренному? — спросил я иронично.

— Да, — просто ответил Ярослав Львович и открыто посмотрел мне в глаза. — Разочарованы?

— Нет, — сказал я. «Немного», — подумал про себя. Все-таки, чувствовать себя исключительным хотелось. Тем более, что я в каком-то смысле и был исключительным. Гаврила, перебиравший памятные предметы за одним из окон, явно был простым жителем какой-нибудь деревни из предместий Томска, а я все-таки пришелец из другой реальности… Впрочем, торопиться доказывать Ярославу Львовичу, что я особенный, я не стал.

— Хорошо, — Ярослав Львович поднялся и прошелся мимо моей кровати взад-вперед. — После нашего разговора некоторое время мы с вами не будем встречаться по моей инициативе. У вас будет множество дел, которые захватят вас с головой, и моей помощи и поддержки вам требоваться не будет. Но если в таковой возникнет необходимость, у васесть два пути. Первый — попасть в лазарет и шепнуть Лизоньке, что вы бы хотели со мной поговорить. Второй — черкнуть на листке бумаги два слова. Скажем, «Птичий щебет». Запомнили?

— Птичий щебет, — повторил я. — Несложный код. Запомнил. И что дальше?

— И опустить записку в почтовый ящик рядом с дверью библиотеки. Вы пока не были в библиотеке, но не ошибетесь, ящик там один. В обоих этих случаях я найду способ с вами связаться. Сам. Подходить к моему кабинету, а уж тем более — заходить к него, я вам пока не рекомендую. Понятно, почему?

— Мародерам не понравится, и мне устроят темную? — спросил я, криво усмехнувшись.

— Умный мальчик, — Ярослав Львович подмигнул и снова сел на стул.

— У меня вопрос, — я спустил ноги с кровати. — Что мне сказать Сольвейг Павловне, когда она устроит мне допрос с пристрастием?

— Умный мальчик, — улыбка Ярослава Львовича стала широкой и прямо-таки ослепительной. — Все равно, что. Можете передать ей дословно содержимое нашего разговора, можете наговорить любой отсебятины и сочинить любую фантасмагорию. Можете сказать то, что она захочет услышать. Я же правильно понял, что вы в состоянии определить, что именно от вас хочет слышать допрашивающий при допросе?

— Эээ… — я замялся. Вот ведь жук! С каждым его словом я все больше проникался к нему симпатией. Он настолько умело дирижировал моими эмоциями, что у меня даже зашевелились подозрения, а не читает ли он мои мысли? — Надеюсь, что могу.

— Вот и ладненько, — Ярослав Львович хлопнул руками по коленям. — Вы пока не можете выдать никаких моих тайн, потому что попросту их не знаете. А я не буду отягощать вас этим знанием до тех пор, пока вы не в состоянии будете их защитить. Ну и пока я не буду хотя бы частично уверен в том, что мы с вами стали друзьями.